Подобно тому как не вечны классы, классовая борьба и государство, так не всегда развитие общества должно проходить через социальные революции. Это предвидел К. Маркс, когда более 100 лет назад писал в книге «Нищета философии»: «Только при таком порядке вещей, когда не будет больше классов и классового антагонизма,
Переход от одной формации к другой всегда совершается своеобразно, в зависимости от того, какая формация гибнет и какая нарождается. В соответствии с этим различаются и исторические типы революций. В основе деления революций на различные типы лежит, во-первых, характер исторических задач, которые они решают (какой строй они ниспровергают и какой утверждают), во-вторых, их классовое содержание; отвечая на вопрос о типе революции, мы всегда говорим о том, революцией какого класса она является, чьи интересы она осуществляет. В свою очередь, революции одного и того же типа (или характера) имеют много различий, касающихся их форм, движущих сил, степени решительности и т. д.
Первой в истории сменой общественно-экономических формаций был переход от первобытнообщинного строя к рабовладельческому (а в некоторых странах позднее — непосредственно к феодальному). Своеобразие этого перехода состояло в том, что он знаменовал собой смену доклассового общества классовым.
Ряд исследователей, в том числе и американский ученый Л. Морган, труды которого высоко ценили К. Маркс и Ф. Энгельс, считали, что эта смена произошла эволюционным путем, без революций. Иначе ответил на этот вопрос Ф. Энгельс в своем труде «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Он показал, что классовое деление, постепенно складывавшееся в недрах первобытнообщинного строя, в конце концов привело к революционному перевороту, ниспровергшему остатки родовых отношений. Власть родовой знати была низвергнута в ряде преобразований. Там, где они осуществлялись революционным пу-
