Толстяк кашлянул, отвлекая меня от внутренних стенаний. Представился владельцем местного турагентства «Золотая речка» и, как выяснилось после многочисленных комплиментов моей изумительной красоте и дифирамбов моему удивительному образованию, очень хотел предложить чрезвычайно выгодное дельце.
И с огромным удовольствием уставился в мое декольте.
Нет, мне есть чем гордиться, но разглядывать мою гордость так откровенно...? Я пощелкала пальцами перед его глазами, заставляя смотреть чуть выше, например на мой подбородок или на вымученную улыбку, больше напоминающую оскал.
— Так что там насчет туристов?
— Да, туристы..., — снова кашлянул директор, глянул мельком на кружево декольте и еще раз кашлянул, — Так вот, моя дражайшая ведьма...
— Не ваша и не ведьма, — поправила я его, — Чародейка, если уж на то пошло. Или просто госпожа Моргана.
— Да, да, конечно же, — он не сводил с меня масляных глазок, — Туристы — это отличный источник дохода для города в частности и всего нашего мира в целом. Мы дадим горожанам новые рабочие места, госпожа Моргана, ведь туристы так любят всякие сувениры. Откроются новые трактиры и кабаки, — при этом толстяк мечтательно вздохнул, прикрыв глаза, — Мы сможем…
Не нравился мне оптимизм этого толстяка. Слишком уж он… наигранный, что ли. Фальшивый. А когда так широко тебе улыбается представитель сферы услуг, значит, явно хочет обмануть.
— И чем вы собираетесь привлечь этот нескончаемый поток финансовых вливаний? — оборвала я нескончаемый словесный поток.
— Вами, моя дорогая ведь...чародейка!
— Мной? — я саркастично подняла бровь, — Я мало что понимаю в турбизнесе.
— Я предлагаю вам всего-навсего стать одним из наших экспонатов, — он снова раздел меня глазами и облизал тонкие губы, — разумеется, за определенную плату.
В который раз пожалела, что надела сегодня бордовое платье из тех, что было пошито специально для практики. Вырез на нем не сказать, что очень большой, но толстяк был явно профи в умении разглядывать неразглядываемое.
Надо было сверху еще плащ с капюшоном накинуть.
И затянуть завязки под горло.
И на пуговички еще застегнуть.
Я многозначительно хмыкнула, возвращая толстяка к нашему разговору, и встала с кресла. Прошлась туда-сюда, делая вид, что обдумываю столь интересное предложение.
Статуей быть мне еще не предлагали. Хотя, каюсь, опыт есть. Например, на экзамене берешь не тот билет, что учила, и стоишь перед преподавателем, вытянувшись в струнку, в надежде на милость, но чтобы за это еще и платили...?
— И как вы видите мою работу ... хм, экспонатом?
— О-о-о, ничего сложного, моя дорогая! Абсолютно ничего сверхсерьёзного и трудного, но…! Но за эту работку мы платим хорошие деньги. Пятнадцать золотых! Как вам, госпожа ведьма? — толстяк хитро улыбнулся, — Целых пятнадцать золотых за то, что к вам раз в неделю будет приходить делегация из десяти человек, и вы им расскажете, как помогаете людям, как стали ведьмой…
— Чародейкой! — толстяк уже действовал мне на нервы, что лично для него было чревато большими проблемами.
— Да, да, вы правы, моя дорогая! Чародейкой! И пятнадцать золотых!
— За один разговор?
— Разумеется! Ну что, что скажете?
Занятно. На пятнадцать золотых в Шайнвилле можно купить пять отрезов ткани на платья, а учитывая, какие пышные и многослойные юбки носят местные красавицы — тряпок на них уходит море. Для деревенских это вообще серьезные деньги — столько стоит стельная корова. А тут получается: выйти на десять минут, рассказать, как я лечу и колдую, и получить в ответ мешочек со звонкими монетами?
Против дополнительного заработка Академия не возражает, по крайней мере, наш куратор об этом в инструктаже не упоминала. А что не запрещено — то разрешено, верно?
Собственно, что я теряю?
****
Меня разбудил стук в дверь. Настойчивый такой, словно дятел по затылку долбил.
Я со стоном оторвала голову от подушки посмотреть на часы и рухнула обратно.
Восемь утра!?
Ну их к лешему, кто бы там ни пришел! Полночи пришлось варить зелье от подагры для старика Партанса, затем настаивать эликсир правды по заказу купца Варрита, а настойку весенних цветов на меду переделывать, потому что на проверку ландыш оказался подлипником обыкновенным и с таким трудом утром сваренное снадобье скисло за день.
Да пусть все катятся куда подальше, я спать хочу!
Я так умоталась за ночь, что не стала подниматься на второй этаж и разбирать кровать, а упала тут же в гостиной на диване.
Стук повторился.
Да это уже не стук, это набат настоящий! Долбили в дверь так, словно хотели ее выбить.
Может, у кого что серьезное стряслось рано утречком? С крыши свалился, под копыта попал, палец порезал?!
— Сейчас, сейчас! — крикнула я, пытаясь продрать глаза.
Схватила халат, набросила на себя и вылетела за дверь.
Меня ослепило яркое солнце, и…
— Уважаемые господа, прошу внимания! Перед вами самая настоящая злая ведьма. В наших краях таких почти не осталось, но одну мы все же сохранили для показа интересующимся, — громко известил противный писклявый женский голос.
