— Господин Верренс, — и иронично подняла бровь, — вы извиняетесь за то, что кто-то совершенно неизвестный всем нам открыл межмировой портал и из него на меня выпал Странник?
Инвар смутился. Покраснел.
— Или что вы, беспокоясь о моей репутации, пытались отговорить от сомнительного перетаскивания этого... больного... к себе домой?
Он снова тяжело вздохнул, продолжая протягивать мне букет. Даже начал чуть пошаркивать сапогом по крыльцу. Занятное было зрелище — здоровенный бугай плечами шире меня раза в три смущенно полирует мыском порог моего дома.
Ну как ребенок, честное слово.
Я устало перевела взгляд на улицу. Денек-то какой чудесный: солнечный, радостный. Синее небо, зеленая травка, птички поют. Домики как игрушечные. Лепота да и только!
Через два дома от моего госпожа Вилкс вытащила матрасы и развешивала их на специально натянутых веревках для просушки. Она заметила мое внимание и приветственно махнула рукой. Я кивнула в ответ.
Напротив дома Вилксов Хильда Бреннинг пропалывала лилии в небольшом палисадничке. Чуть дальше резвились ее сыновья Йолла и Йюдин. Их задорный детский смех и крики звенели по улице.
Отличный выходной в провинциальном небольшом городке.
И я — злая, раздраженная, донельзя уставшая, невыспавшаяся и готовая сорваться на первом, кто попадется под руку.
Но Инвар… Не хочу его обижать. Хороший он, заботливый. Я ведь вижу, что у него ко мне определенные чувства, и знаю, что допускать подобного нельзя.
— Спасибо за букет, господин Верренс, — поблагодарила Инвара и окунулась в ворох белых ромашек. Легкий аромат, пушистость мелких листиков и лепестков заставили меня на миг даже позабыть об усталости. — Цветы роскошные!
Тот аж расцвел в счастливой улыбке от моих слов.
Несмотря на ранее утро, некоторые дамы уже вышли на променад. Иржина Дивайн с подружкой под ручку в красивых выходных платьях и с кружевными зонтиками от солнца степенно вышагивали по дороге к городскому рынку. Увидев нас на крыльце, девушки остановились.
— Госпожа ведьма, господин Верренс, — они присели в коротком реверансе, — Какое чудесное утро, верно?
Ведьма? Ладно, красавица моя, будет тебе ведьма!
— Просто замечательное, госпожа Дивайн, — я улыбнулась очень широко, аж челюсть свело, — Как ваш братец поживает? Его все еще мучает геморрой? Вы не забываете смазывать ему больное место?
Инвар чуть кашлянул в кулак, скрывая усмешку. Белозубая улыбка Иржины стала немного болезненной, словно я сказала о чем-то неприличном. Может, ей мой вопрос про геморрой не понравился? Ну так я ж ведьма, какие мне приличия?
Она боязно глянула на кузнеца, но тот вежливо сделал вид, что ничего не заметил и не услышал.
— У Алвиса все в порядке, госпожа ведьма, — и еще один быстрый взгляд в сторону Инвара и затем почему-то на мой букет ромашек. — Мазать... не забываем.
— Может быть, мне зайти и проверить его сегодня? — и в голосе столько участия и заботы.
— Нет, нет, госпожа ведьма, не беспокойтесь. Алвис почти здоров.
— Что ж, тогда удачного вам дня, госпожа Дивайн.
— И вам, госпожа ведьма, — и она присела так низко, что даже мне стало видно очень много в ее декольте. А уж кузнецу-то при его росте… Он кашлянул и ответно попрощался с девушками.
Девушки уже скрылись за поворотом и я только хотела продолжить милую беседу с недавним невестоискателем, как в этот момент на кухне с громким дребезгом упала кастрюля.
— Да чтоб тебя! — я резко обернулась.
Йонас с радостным смехом ее поднял и пытался пристроить на стол, где уже разложил все то, что принес в кульке, — толстую книгу, несколько маленьких баночек и пару больших деревянных ложек с длинной ручкой.
Я ошарашенно смотрела, как парень начал сыпать муку в мою любимую пластиковую миску для смешивания эликсиров.
— Это еще что за самоуправство?! — и направилась в дом устраивать кое-кому знатную головомойку.
Инвар вошел вслед за мной, закрыл за собой дверь и тут же начал заступаться за брата:
— Он сказал, что вы вчера разрешили ему готовить на вашей иномирской кухне. Йонас всю ночь не спал, перебирал свои кулинарные книги. Все решал, что первым попробовать.
Я возмущенно развела руками:
— Но мы договорились только об одном ужине и тот лишь в качестве оплаты за поиск Изельды. Я не разрешала приходить сюда каждый день.
— Да вы уж простите его, госпожа Моргана, — повторил кузнец, — Йонас на самом деле превосходный повар, пусть попробует. Ему же интересно!
И с нескрываемой гордостью посмотрел на младшего брата. “Превосходный повар”, уже успевший нацепить мой фартук в розовый цветочек, замешивал тесто, читал на ходу рецепт чего-то печёного с вареньем и попутно напевал веселую песенку.
— А горюет-то как, бедолага! — да, я, когда не высплюсь, всегда злая, — Ваш брат всегда такой веселый после пропажи любимой невесты или это у него истерическое?
Инвар, получив мой позволительный кивок, уселся в одно из кресел и по-доброму усмехнулся:
