— Если вдруг она стояла на месте открытия портала, то ее могло просто разорвать на молекулы. Это мельчайшие…
— Я знаю, что такое молекулы, госпожа чародейка, — он побледнел. — Бедная девушка! Бедный господин Краус!
Я сочувственно молчала. Изельда была четвертой дочерью в семье Краусов, но ведь неважно, сколько у тебя детей, потеря каждого это огромное горе для семьи.
Сэлгрин что-то недовольно проворчал и кашлянул, привлекая мое внимание к себе. Ему было явно плевать на судьбу несчастной дочери суконщика.
— Полагаю, мой… коллега доставил вам некоторые неприятности, — Странник уже отошел от рабочего стола, но продолжал держать в руках гусиное перо для письма. — Насколько я его знаю, он обычно несколько... несдержан в эмоциях.
Этот ди Андаре столько времени шлялся по чужому кабинету, чтобы придумать как передо мной извиниться за брата? Или он решать, а стоит ли это делать вообще?
Я пересмотрела свои взгляды на жителей солнечной Ильфарии. В сторону минуса.
— Ничего страшного, я тоже не подарок, — пожала плечами.
Вытащила из рук Странника перо и поставила его обратно в чернильницу, закрыла журнал. Нечего шарить на чужом столе. Он следил за моими действиями ледяным взглядом, в котором можно было с очень большой натяжкой уловить смесь изумления от моей смелости и раздражения от моей наглости.
— Насколько ваше лечение...
— Поймите, я всего лишь практикантка, — перебила эльфа, не дав договорить, — Тем более, профилирую по курсу бытовой магии, а не целительства. Травяной отвар вернул ему физические силы и я смогу сегодня начать курс магических заклинаний. Так он хотя бы пройдет через портал. Но я уже говорила, я не мастер и ...
— Да, я помню, — теперь пришла очередь Сэлгрина перебивать меня. Судя по мелькнувшей искорке в его глазах, сделал он это намеренно. — Вы не врач и, уж тем более, не мастер.
А интонация-то, интонация! Думал меня этим оскорбить? Ха, не на ту напал. Я прекрасно знаю, что могу, а что — нет.
— Именно, — покладисто согласилась я. — На восстановление нужна примерно неделя, — я не стала упоминать про разряженное портальное кольцо в моем доме, — А потом — его обязательно в клинику под надзор настоящих врачей. Я была бы рада отдать вам своего пациента хоть сейчас, но его труп вряд ли украсит мой диплом.
Сэлгрин усмехнулся, искоса глянув на меня. На красиво очерченных губах усмешка вышла циничной и почему-то грустной одновременно. Словно он просчитал уже все возможные варианты для Таэля и ни один из них не был хорошим для младшего брата.
И тут Странник шагнул ко мне и, не обращая внимания на мой писк, схватил за плечо и развернул сначала в одну, затем в другую сторону. Внимательно оглядел прическу, простое платье кремового цвета с ромашками по подолу, отдельно остановился на прикрытой кружевом груди в корсаже.
— Хорошо, — он кивнул, — Пусть Таэль пока отдыхает на сельском воздухе и натуральных, хм, продуктах.
И улыбнулся. Чуть-чуть, едва заметно краешками губ. Мерзенько так, неприятно.
— Я могу его увидеть?
— Да, почему нет? — сделала вид, что не заметила ни сомнительного взгляда, ни мерзкой ухмылочки. От этого Странника можно ожидать всего и не самого лучшего.
Ильфариец направился к выходу, даже не попрощавшись с мэтром Маттеусом. Распахнул дверь и обернулся ко мне:
— Вы идете?
Мэтр Маттеус шарахнулся в сторону от Странника, спеша уйти с его дороги, я же притормозила раскланяться с губернатором.
— Вы же помните, госпожа ведьма? — спросил он, — Чуть что — сразу…
— К вам, — закивала, — помню, помню.
А сама краем глаза следила за исчезающим в коридоре Странником. Куда он так торопится?
— Возьмите мой экипаж, Ройтс вас быстро доставит домой.
— Благодарю, мэтр, — и рванула догонять Сэлгрина.
— И примите мои поздравления, госпожа чародейка! — крикнул мне вслед губернатор.
Я хотела было уточнить, с чем именно он меня поздравляет, но не возвращаться же. Потом как-нибудь, при случае.
Обратно мы доехали быстро, спасибо карете губернатора, и тряско, спасибо ей же. О существовании амортизации шайнвилльцы либо не знали, либо ее старательно игнорировали. Местный транспорт не имел ни рессор, ни пружин, и в лучшем случае колеса поддерживались жесткими ремнями. Они почти не сглаживали неровности дороги, поэтому тряска была такой, что после первой же поездки у меня с непривычки все тело болело. А после еще нескольких на выделенной для моих нужд телеге, я вдруг отчетливо осознала полезность пеших прогулок на свежем воздухе.
Карета губернатора была специально выписана из столицы Гардарана и сделана лучшими мастерами своего дела, но все равно я чувствовала каждую выемку, в которую попадали колеса. А вот ди Андарэ сидел напротив меня с бесстрастным выражением лица. То ли привык к таким потрясениям, то ли его зад был более устойчив к синякам.
