Я запирала за ним дверь с двойным облегчением. Во-первых, наконец-то этот дикий день закончился. Он был слишком наполнен событиями, разговорами, скандалами и я очень устала. Да и Инвар Верренс поначалу будучи скромным и застенчивым, к вечеру все больше входил в роль официального жениха. Не сказать, что его забота была неприятна, но ее оказалось слишком много. Подавляюще много.
А спиной я продолжала ощущать взгляд жгучей ненависти, которым меня провожала Иржина Дивайн, несмотря на всю свою веселость.
…
Сэлгрин оставался на кладбище до темноты. Что произошло с его братом, он уже примерно представлял, не хватало лишь нескольких деталей.
Странник поднял с земли очередной ком грязи и вытащил вдавленный в него волос. Длинный, светлый, вьющийся. Сэлгрин выматерился так, что уши заткнули бы даже портовые грузчики.
Время девять вечера.
Эх, мне бы сейчас поесть и поспать. С кухни доносились просто одуряющие ароматы. Инвар по дороге доложил, что его младший братец очень долго и грубо ругался на пришлых гостей, которые покусились на самое драгоценное в моем доме — на кухню. Хорошо, хоть плиту своими огненными шарами не изгадили и самозванный шеф-повар сумел доварить обещанный суп с куропаткой.
Но обед, хотя, судя по времени, это уже ужин..., и даже поздний ужин... подождет. Первым делом надо решить вопрос с моим неожиданным пациентом и его сотоварищами. И пока еще оставались силы отвернуться от тарелки со вкуснющим супчиком, я рванула наверх в переговорную. Включила визор. На экране сигналил индикатор пропущенных вызовов. Проверила список: пять от Миланы и двадцать два от куратора. Что у них там стряслось-то? Неужели появились новости о комиссии? Первым делом решила выяснить все у официального лица и набрала номер моей матери, собаки и собутыльника.
Что удивительно, в этот поздний час Ольга Леонидовна отозвалась сразу, как будто специально сидела и ждала именно моего звонка. Правда, косметика на ее лице немного смазалась и прическа была всклокочена, словно куратор не раз за сегодня рвала на себе волосы.
— Рогова? Наконец-то! — рявкнула Ольга Леонидовна, — Где тебя носит?! Я весь день дозвониться не могу!!
Она грозно уставилась на меня через экран, психически подергивая правым глазом.
Я уже по-настоящему занервничала. Если наша теща и любимая племянница так старалась до тебя добраться, значит ты сотворил и впрямь что-то из ряда вон выходящее. В последний раз такое было, когда за день до отправления на практику выяснилось, что у братьев наших меньших, которые Уховы, не все документы собраны. И на сборы нужна еще неделя. Не знаю, какие подвиги Ольга Леонидовна совершила и как потом за это прилетело братьям, но на практику ушли мы в полном составе и вовремя.
— Так я по работе бегаю. То один придет, то другой, пациент ночной тоже...
— Как он, в порядке?
И тон такой, как будто ей абсолютно все равно, что у меня устроил себе внеочередной отпуск импортный наследный принц. Я прищурилась:
— А вы знаете, кто он на самом деле?
— Маргарита, мне сейчас не до загадок, — Ольга Леонидовна глубоко вздохнула, — Он жив — здоров?
— А что ему сделается то? — буркнула я, вспоминая веселую ночку в обществе его высочества, — И жив, и здоров. Обо мне бы так беспокоились.
— Станешь принцессой — побеспокоюсь, — парировала куратор, — А теперь главный вопрос: тебе имя Изельда Краус ни о чем не говорит?
Изельда? Как знакомо до боли, до ужаса! Да неужели...!?
Ольга Леонидовна щелкнула пальцами, вызывая изображение миловидной пухленькой особы. Длинное голубое платьице в пол, обшитое внезапно черным кружевом по подолу, на голове такая же мрачная ленточная повязка, подхватывающая рыжеватые косы. Девушка была заплакана, постоянно хлюпала носом и озиралась в ужасе по сторонам, но судя по всему, это та самая Изельда. Невеста моего шеф-повара.
— Конечно, говорит!
— Ясно. Значит, девица все-таки из твоего мира! — облегченно выдохнула куратор, — Ну хоть это выяснили!
Я аж руками всплеснула на радостях.
— Она у вас?
— На Тироле. Утром ее нашли в кустарнике у дома наших девочек. Была сначала в глубоком обмороке, но потом пришла в себя.
— Где? — у меня брови резко взмыли вверх от удивления.
Однако, неожиданно. — Мы так думаем, ее перетянуло тем порталом, из которого выпал твой пациент, — Выяснить подробности почти невозможно. Девушка либо ревет — не остановишь, либо отмалчивается, как партизан в плену! Только имя-то и смогла сказать! По платью поняли, что скорее всего она их твоих.
Но если Изельда портанулась на Тироль, а Таэль — упал в мой мир вместо нее, то... А что высочество там вообще делал?
Ситуация становится все страньше и страньше.
