— А в книге нет совета от его лучших друзей ягодиц не трогать незнакомую посуду без разрешения хозяйки?
С моего молчаливого согласия Йонас кулинарил на кухне и брал всю утварь, что там была, но тазик то лежал в гостиной в шкафу, рядом с комодиком для рунных заклинаний. Это ж додуматься надо залезть туда и вытащить вещь для работы с магией.
— У вас на кухне, госпожа чародейка, нет нормальной посуды для теста. А у мисочки как раз очень удобная форма, — набычился Йонас.
— Была, — резюмировала я и выбросила горелый тазик в мусорное ведро.
Может сагитировать моих иномирских гостей еще и на покупку новой посуды?
Хотя нет, не будем размениваться по мелочам. Первыми в очереди — плита и посудомойка.
— А где Инвар?
Йонас спал с лица и забегал глазами по кухне. Тааак, что-то явно стряслось.
— Его губернатор вызвал рано утром, но на завтрак он придет.
— Кто придет? — не поняла я, — Губернатор?
— Нет, Инвар. Он в ратуше ненадолго.
А глазки-то бегают. И губки подрагивают.
— Что-то случилось? — моей милой улыбке мог позавидовать аллигатор.
Йонас взял в руки кухонное полотенце с барашками, скомкал его, тут же расправил и снова скомкал уже по краю. Я отобрала несчастную тряпочку и положила обратно на стол.
— Йонас, что стряслось?
— И… у…. нашли…, — тихо-тихо пробубнил себе под нос Йонас.
— Что?
— Изельду, говорю, нашли.
Ага, значит нашу потерявшуюся невесту первым же рейсом вернули с Тироля. Что ж, это отличные новости! Так почему ж наш женишок такой расстроенный, вот-вот заплачет?
— Значит, тебя можно поздравить со свадьбой?
— Не будет свадьбы, — Йонас заскулил, — она отказалась замуж выходить!
А младший Верренс распалялся все сильнее. Еще чуть-чуть и заплачет. Я молча подала ему измусоленное полотенце, пусть хоть в него порыдает — все полегче станет.
— Я ж ее по всему городу искал! На кладбище ночью ходил, даже к вам пришел! — он промокнул слезы, — Я ж думал, что с ней беда случилась, боялся, что умерла. А она… Она теперь, видите ли, учится решила! Отправится в другие миры, получить образование...
Я оторопело смотрела на мятых барашков и не очень понимала, что ж такого вчера насмотрелась бывшая невеста, что теперь не хочет обычного женского счастья в виде мужа и детей. Ее ж из тирольского университетского коттеджа вряд ли куда выпускали. Да и Ольга Леонидовна сказала, что кроме имени и рыданий от девушки больше ничего не добились. Что же должно было произойти там такого, что она решила отказаться от карьеры домохозяйки?
— Ну… учится это в принципе хорошо! — осторожно заметила я, не зная, что еще сказать.
— Вот зачем ей это образование, госпожа ведьма? — истерично выкрикнул Йонас, сморкаясь в полотенчико.
— Чародейка, — машинально поправила его и подумала, что носовой платочек явно маловат. Тут простынку надо, не меньше.
— Ей уже семнадцать лет! Для чего все эти академии и дипломы? Вот вам, госпожа ведьма, это образование хоть чем-то помогло в жизни? — парень не успокаивался. Хм, еще чуть-чуть и он меня начнет обвинять во всех грехах. — Вы вон даже готовить толком не умеете, все сидите за своими книгами. Вас же так жа-а-алко, — он уже завыл от отчаяния и обиды на невесту, — Вы же такая умная и красивая, вам бы замуж и детишек рожать! Но к дому вы же совсем не приспособленая! И она такая же будет!
Я беспомощно оглянулась на господ-ильфарийцев. Что Таэль, что Мэльст слушали наш разговор с преувеличенным вниманием.
Принц очень серьезно кивнул на шеф-повара:
— Он верно говорит, юная селянка! Умная женщина — это главный мужской кошмар!
А в глазах так и мелькают искорки сарказма. Юморист, мать его... эльфийская королева! Тут у человека трагедия средневекового масштаба, а этот забавляется!
Мэльст ткнул высочество в бок и тот шутливо скривился, как от боли.
А сам высокородный шагнул ко мне почти вплотную, видимо, чтобы лучше слышать стенания несчастного жениха. Я коснулась локтем его груди, затянутой в камзол густого шоколадного оттенка, и в мыслях снова возникла ночная картинка с поцелуем. Щеки полыхнули жаром и я медленно, надеясь незаметно, отшатнулась от высокородного, но тот лишь шагнул еще ближе. Ладно, пусть стоит, может у него, и правда, проблемы со слухом.
— Счастье женщины в заботе о муже и детях! — продолжал пропагандировать свои устаревшие догматы кулинар, — А она что?
— А что она?
— А она учится хочет! — и Йонас не выдержал. Плечи затряслись, он пару раз громко всхлипнул и заревел навзрыд. Я переглянулась с высокородными, но тут даже Таэль не нашел, что сказать.
Надо срочно переводить мысли Йонаса на что-то менее слезоточивое. Достала из шкафа стакан, налила воды и протянула кулинару.
— А в ратушу то твой брат зачем пошел?
Тот взахлеб все выпил и вроде подуспокоился. По крайней мере, больше не ревел раненой коровой.
— А там сейчас все собрались, — Йонас пару раз всхлипнул и протрубил носом в бывшее полотенчико. Эх, жаль барашков. — Губернатор, Изельда, ее родители и Инвар. Он же старший. А отказ Изельды оскорбил нашу семью, значит он как старший должен назначить плату за оскорбление.
— А ты?
