- Слав, а почему я не могу перенести нас назад. Тем же способом?
- Во-первых, руки у тебя онемели от слабости. Ты весь свой резерв исчерпала. Во-вторых, где гарантия, что это не случайность? А в-третьих, я не собираюсь так рисковать ни твоей, ни своей жизнью.
- Бабуля нас убьет.
- Несомненно.
- Зато я с такими замечательными дельфинами познакомилась, - вспомнила я замечательного Йоди. Он так мило чирикал по-дельфиньи. Что-то мне рассказывал и все время щекотал своим носом. Блин, обожаю дельфинов.
- Ты невозможна, - покачал головой Диреев.
- Что? - нахмурилась я.
- Ничего, - отмахнулся он. - Пойдем уже. Нужно найти укрытие до заката.
- Почему?
- Потому что ночью наступает время волков.
- И что?
- А то, что только мексиканские кланы не соблюдают наш самый главный закон.
- Не раскрывать себя?
- Не убивать людей.
- Но мы же не люди.
- Если эти твари узнают кто ты, то я нам не позавидую.
Шли мы недолго, но быстро. Слава был очень насторожен. И изменился как-то, даже внешне. Вроде обычный, но мускулы напряжены, а взгляд подмечает каждую мелочь. Один раз он вот так на меня глянул, так я чуть кони не двинула. И поверила, что он действительно инквизитор. Как Козар или как начальник особого отдела. А еще он мне очень Егора напоминал сейчас. До жути просто. Я даже подумала на мгновение, что они состоят в родстве, но сама испугалась своих мыслей, и тут же их отогнала.
В городе мы первым делом пошли в лавку с травами. Я молчала, очень вовремя вспомнив, мудрую пословицу: "молчание - золото". И свято ей следовала. А Слава очень бодренько беседовал с торговцем на испанском. Я ничего не понимала во всей этой тарабарщине, поэтому решила развлечься разглядыванием товаров. Здесь были не только травы, но еще амулеты, ловушки снов, а среди кучи брелков я кроличью лапку обнаружила. Правда, сначала не поняла, что это. Думала, какой-то пушистый комочек, а когда поняла, отпрыгнула на полметра от этой мерзости. Фу, фу, бее. Где моя сумка и замечательные бактерицидные салфетки? Уууу. Я домой хочу.
Пока я паниковала, а Диреев отсутствовал, в лавку зашла женщина, мексиканка с девочкой лет семи. Я бы даже внимания не обратила, но у женщины не было ауры, а вот девочка сияла всеми цветами радуги. Я такое видела только раз. В зеркале на параде звезд. Я не сдержалась и подошла поближе. Чудо чудесное, а не ребенок. Женщина устремилась к прилавку так меня и не заметив, а ребенок увидел и точно также восторженно смотрел на меня. Кажется, я поняла, кто она, улыбнулась совершенно искренне и протянула руку. И когда мы коснулись друг друга, произошла магия. Я почувствовала такой огромный прилив сил, словно меня подключили к гигантской батарейке. Даже волосы заискрились от их переизбытка.
- Твою ж мать.
Ничего себе подзарядка. А когда ко мне вернулась способность соображать, поняла, что мы с девочкой здесь больше не одни. Диреев вернулся, а вместе с ним мама девочки и торговец. И все трое пораженно смотрели на нас обоих.
Женщина, мама девочки опомнилась первой. Бросилась к дочери и принялась ее ощупывать, а потом очень грозно посмотрела на меня и заговорила быстро и возмущенно:
- Que yo te decМa? No se puede hablar con los extraЯos.
- Что? Диреев, что она говорит?
- Эль, тебе лучше снять браслет. Ей кажется, что ты враг.
Поняла. Сняла и снова ввела в ступор всех присутствующих, даже девочку.
- ТЗ eres la verdadera Estrella!
- Estrella? Что это?
- Звездочка, - пояснил Слава.
- Y yo la chispa.
- А она искра.
- Como te llamas?- спросила девочка, но я и так поняла. - Me llamo Espa.
- Эля.
- Somos iguales, - улыбнулась девочка, а Диреев перевел.
- Мы одинаковые.
- Кажется, да, - согласилась я, протянула руку, девочка тоже, но мы вовремя опомнились и рассмеялись. На ее руке был точно такой же знак, как у той психованной девицы на параде звезд. Права была бабушка. Этот не мажется. И номер легко разглядеть можно. Но лично я не хочу быть помеченной. Да и небезопасно это сейчас. Если все эти темные, светлые, вампиры и прочие узнают, что я снова вернула силы...
Тем временем девочка повернулась к маме, и они быстро заговорили на испанском. Потом женщина кивнула, погладила по волосам дочь и повернулась к Дирееву.
Они долго беседовали, а он почему-то все время твердил, как заведенный:
- No. Nos apresuramos.
- Что она хочет? - потребовала ответа я.
- Они приглашают нас на ужин, - скривился Диреев.
- И почему мы не можем согласиться?
Женщина еще что-то сказала, улыбнулась, и он, глядя на наши с малышкой умоляющие лица, вынужден был согласиться. Мы обрадовались и обе, не сговариваясь, обняли его. Осознав, что сделала, я смутилась и поспешила перевести взгляд на свою названную сестру.
