Джерри Олшен (родился в 1957 г., дебютировал в научной фантастике — в 1982-м) поначалу был известен в основном своим активным сотрудничеством с журналом «Аналог». Однако его повесть «Не демонтировать!», опубликованная в 1996 году, номинировалась на все престижнейшие фантастические премии, была удостоена «Небьюлы» — и сделала автора действительно знаменитым.…История призрачных «Сатурнов», взлетающих с заброшенных стартовых площадок мыса Канаверал, просто требовала дальнейшего развития — и Олшен превратил свою повесть в роман.Однако сотням тысяч любителей научной фантастики, покоренных приключениями «чокнутого ученого» Алена Мейснера из знаменитой организации «ПРИДУРКИ» (Планетарный реконструкционно-исследовательский департамент управления развитием космических исследований), оказалось мало и этого.И тогда Джерри Олшен написал «Особый звездный экспресс» — великолепное продолжение романа «Не демонтировать!»…
Я должен вам кое-что объяснить.
Если вы читали мою предыдущую книгу «Не демонтировать!», то уже знакомы с персонажем по имени Ален Мейснер. Это — тип абсолютно чокнутого ученого, действительного члена Планетарного реконструкционно-исследовательского департамента ускорения развития космических исследований; именно он помог парочке астронавтов создать космический корабль практически из ничего.
Ален действует и в этой книге. По сути дела, в ней-то он и появляется. Действие первой части нашей книги разворачивается лет на пятнадцать раньше событий, описанных в романе «Не демонтировать!». Вначале в 1984 году я написал небольшой рассказ на этот сюжет, который и был опубликован в журнале «Аналог» в апреле 1985 года.
Еще не развалился Советский Союз, стояла Берлинская стена. «Холодная война» набирала обороты, и каждый из нас боялся, что мир может в любую минуту взлететь на воздух в грибовидном облаке ядерного взрыва. Мне хотелось бежать с этой планеты, бежать немедленно. Мое устремление и породило тот роман, который лежит теперь перед вами.
Читателям понравился рассказ. Они атаковали меня пожеланиями, чтобы я сделал из него роман. Время от времени я пытался приняться за работу, но годы шли, а ничего по-настоящему дельного не выходило. Тем временем я написал «Не демонтировать!», в котором мне понадобился безумный ученый; так получилось, что я позаимствовал из этого своего рассказа Алена. Вряд ли стоит особенно беспокоиться по тому поводу, что в двух книгах описаны две совершенно различные вселенные. Ален, как мне представляется, легко адаптируется в любой из них, а в нашей ему, как оказалось, в общем-то и делать нечего. Ему пришлось бросить свое изобретение, но в этом тоже, собственно, ничего страшного нет; с Алена хватило всякой «кривой» науки, которой ему пришлось заниматься в предыдущем романе.
Однако игры с Аленом заставили меня вновь задуматься об «Особом Звездном Экспрессе». Издательство «Тор» выразило определенную заинтересованность в публикации романа, и я в конце концов принялся за него. Мир сильно изменился с тех пор, как я написал тот самый рассказ, и Ален прожил уже довольно долго в другой вселенной, но ничего страшного, я полагаю… Мир — весьма скользкая штука.
Рассказ, из которого вырос этот роман, стал первой его частью. Я ориентировал его в свое время на политическую конъюнктуру тех лет, но значительных корректив, как ни странно, не потребовалось. Возможно, Советский Союз не является больше «империей зла», но его осколки все еще представляют реальную ядерную угрозу, а во многих случаях и значительно большую, чем та, что исходила от коммунистической империи. Международная космическая станция, о создании которой так много говорилось в 80-е годы, до сих пор не запущена, и никому не известно, когда это будет и как она будет называться, если все-таки этот проект когда-нибудь осуществится.
Космический шаттл остается нашим единственным средством выведения человека на орбиту Земли, несмотря на быстрое старение оборудования. Ну и тому подобное…
В 1984 году Ален Мейснер увидел все это и сказал:
— С меня хватит!
Сейчас у нас идет 2000 год, и Ален бросает важную работу в другой вселенной, чтобы помочь человечеству вылезти наконец из колыбели. Ну и мне хочется его немного поддержать в этом деле. В общем, я рад, что он вернулся.
Ален Мейснер совсем не походил на сумасшедшего ученого. Он не только ничем не напоминал сумасшедшего, но со своими светлыми волосами, аккуратно зачесанными на пробор, и с вечной улыбкой на устах Ален — по крайней мере по мнению Джуди Галлахер — даже на ученого не был похож. Скорее его можно было принять за завсегдатая шикарных пляжей.
Однако его визитная карточка гласила:
с обязательно следовавшим далее указанием докторской степени по физике. Кроме того, он был известен как далеко не рядовой член организации ПРИДУРКИ («Планетарный реконструкционно-исследовательский департамент ускорения развития космических исследований»), проявлявшей значительную политическую активность. Мейснер являлся обладателем полудюжины патентов на сверхсовременные устройства, включая электронную плазменную батарею, каковая совершила целую революцию в автомобильной промышленности. Он обладал всеми необходимыми данными, кроме соответствующей внешности.
Но для Джуди это особенного значения не имело. За пять лет полетов на космическом челноке она повидала немало пассажиров. Большинство и в самом деле выглядели как настоящие ученые, а некоторые — Боже сохрани! — как политики. Джуди нравилось, что рядом с ней есть кто-то с внешностью завсегдатая шикарных пляжей.
До того самого времени, как Ален занялся своим экспериментом, и Земля исчезла. И это совсем не понравилось Джуди Галлахер.
