Пропустив Алису вперед, он последним зашел внутрь, оценив те изменения, что произошли в столовой. Большая часть столов теперь передвинута к стенам, где, на них, либо на стульях разместилась и подавляющая часть пионерского населения лагеря, ожидавшая интересного зрелища. В центре же оставалось четыре стола, на четыре пары игроков. И участников действительно всего восемь, судя по наспех нарисованной фломастером на ватмане схеме, где отмечались почти все члены первого отряда, уже разбитые на пары. Поразительно, его и Алису уже внесли в схему без всякого спроса, определив и соперников, где ему на первом этапе предстояло противостоять Лене. Девушка с фиолетовыми волосами уже сидела на своем месте, стесняясь такого количества народа в помещении и желая оказаться где-то далеко отсюда. Сейчас там не хватало только их двоих, но теперь Алиса, окрыленная спором и с явным желанием порвать всех и каждого, кто только посмеет встать на ее пути к победе, чуть ли не бегом бросилась к своему месту, пока Эдвард добирался до своего места напротив Лены.
- Правила знаешь? – тихо спросил он, и девушка, бросив на него быстрый взгляд, отрицательно помотала головой, – Не страшно, я тоже не знаю. Будем проигрывать вместе… – Лена скромно улыбнулась, но ничего не добавила. Продолжить разговор не получилось, в качестве ведущего выступил Электроник, принявшись объяснять правила придуманной им игры. Жаль только, что у него не было даже первичных навыков общения с аудиторией, из-за чего его постоянно прерывали и требовали дополнительный объяснений, а Алиса, кроме этого, все время подгоняла, нетерпеливо ожидая начала собственно самой игры. Эдвард старался уловить общую схему, но она была стара как мир. Борьба на выбывание, в каждый следующий этап выходят победители, а проигравший остается не у дел, до тех пор, пока не остается всего двое, кто и будет бороться за звание лучшего. Принцип самой игры, придуманный Электроником, несколько походил на те карточные игры, что известны в родном мире Эдварда, опираясь на комбинации карт и их собственное значение, отличие только в том, что соперники брали карты друг у друга, а не из колоды, формируя наиболее удачный вариант. Быстро перетасовав лежавшую у них на столе колоду, пока вслушивался в попытки ведущего объяснить схему игры и отбиться от наседавших на него вопросов, он насчитал пятьдесят две карты разного значения и четырех мастей, даже проще, чем он привык. А для большей простоты комбинации были нарисованы на соседнем ватмане, за такую подготовку можно только руку пожать. Посмотрев на Алису, буквально пожиравшую Мику глазами, оказавшуюся ее первой соперницей, Эдвард только усмехнулся и мысленно пожелал японке удачно собраться обратно из той лужи, в какую ее раскатает рыжеволосый картежник.
Только когда Электроник закончил с объяснениями и удалось наконец-то утихомирить Ульяну, громогласно требовавшую, чтобы ей все поддавались, Ольга Дмитриевна дала добро на начало первого раунда. Лена вела себя совершенно неуверенно, напуганная картами едва ли не больше, чем всем окружением, и игрок из нее был никакой, карточные комбинации на руках буквально читались по одному только выражению ее лица, потому и обыграть ее никакого труда не составляло, Эдварду стало даже немного жалко девушку, действовавшую столь неуверенно и усаженную в этот турнир явно против воли. Можно было бы ей поддаться, но спор с Алисой оказался решающим аргументом.
- Прости, – развел руками Эдвард, когда открыли карты, и у него оказалась выигрышная комбинация, – говорят, не везет в картах, повезет в любви…
- Ничего страшного, – кивнула Лена, торопившаяся встать из-за стола и уйти в сторону от всеобщего внимания, но столовую не покинула, оставшись наблюдать за игрой. Поймав взгляд Эдварда, следившего за ней, еще раз улыбнулась и кивнула, что ничего серьезного не произошло. Зато сам Эдвард пожалел, что выиграл и перешел на второй этап, поскольку следующим его противником оказалась Ульяна, сейчас большего всего похожую на гранату с выдернутой чекой, торжествующей от первой победы над Шуриком. Ее прежний соперник, наоборот, искренне доволен тем, что выбыл из игры и больше не должен участвовать в этом фарсе. Во всяком случае, это читалось на его лице, когда выходил из столовой. Зато Ульяна горела желанием побеждать, как молодой офицер, впервые ведущий в бой собственный отряд.
- Поддашься? – сразу спросила девчонка, сгребая карты со стола и принявшись мешать их. От слишком большой энергии движений карты полетели в разные стороны, и пришлось отнимать колоду, чтобы сохранить от нее хоть что-то.
- Ни в коем разе, – покачал головой Эдвард, – Настоящая победа бывает только тогда, когда твой противник тоже желает победить. Так что, Ульян, готовься к сопротивлению… – он усмехнулся, когда девчонка скуксилась от нежелания соперника следовать ее правилам, но одна пришедшая в ее голову мысль тут же сменялась другой.
