Мы не знаем, в какой именно момент потеряем кого-то в своей жизни, все происходит быстро. Мы начинаем жалеть о тех словах, что не успели сказать, о времени, которого не провели с ним, да и вообще начинаем задумываться о том, что могли все изменить.
– Вы снова курите? С вашим здоровьем это противопоказано! – Выхватив сигарету у старухи, медсестра выкинула ее из окна, разогнав дым руками.
– Зря ты сигарету так выкинула, может случиться пожар.
– О, нет… – женщина не могла находиться рядом со старухой, – у вас теперь будет другая медсестра. – Женщина в спешке расправляла кровать, чтобы старуха легла спать. Ее нервы были на пределе. За несколько месяцев у нее будто высосали все силы.
Старушка с трудом передвигалась, плохо слышала на одно ухо, плохое зрение и хриплый голос от сигарет, она любила курить. На самом деле, ей было шестьдесят три года, но выглядела на все восемьдесят, дряхлая кожа, плохая память, иногда казалось, что ее посещал маразм, но это было не так.
Старуха, всегда рассказывала про рыжую девчонку, но ее никогда никто не слушал, по ночам плакала, а днем курила сигареты. Однажды та была отправлена в психиатрическую больницу. У нее был ребенок, мальчик. Женщина не могла найти с ним общий язык. На протяжении многих лет, она терпела его, пытаясь избавится, но мальчонка любил свою мать, как бы плохо к нему не относилась. И когда малыш пошел в школу, преподаватели стали замечать синяки, ссадины, мать поднимала руку, или все что под рукой. Иногда казалось, что она того боится. Психологи работали с мальчишкой и с его мамой, ее лишили прав на малыша и признали психически неуравновешенной. Все что ее волновало это девчонка с рыжими волосами, о которой она часто упоминала у психолога. Вот уже много лет, день за днем, год за годом она думает о ней.
Сынок у нее, глаз не отвести, высокий, большие зеленые глаза, тело как с обложки. Все эти годы он пытался стать лучше, всегда навещал свою мать, приносил ей сигареты, шоколад, она лишь принимала это как должное. Парень вырос на удивление добрым, без отклонений, был он сентиментальным, иногда даже пускал слезу, когда видел мать. Тот рассказывал ей все, приходя раз в неделю, на протяжении многих лет, та курила, смотря в окно, слушала его, потом смотрела на сына, всматриваясь в каждый кусочек лица, выпивала таблетку и прощалась с ним еще на неделю. Шли годы, парень нашел девушку, познакомил с матерью, что не было благоразумно, увидев его будущую жену, старуха вовсе потеряла голову, хватала ту за руки, всматривалась в глаза, нюхала ее волосы, порой ее хватали судороги. С того момента парень больше не навещал мать, иногда посылал открытки «с днем рождения». Любящая жена, чудесные дети, он был примерным семьянином, оставив прошлое позади, одарил свою семью заботой и любовью, которую так и не получилось подарить непутевой мамаше.
– Это Лида…
– Лидия? – Перебив медсестру, спросила старуха, пытавшись встать с кресла, у окна.
– Нет, ее зовут Лида! Она ваша новая сиделка. – Медсестра злобно смотрела на старуху, сдерживая злость. – Она помешана на какой-то девчонке, постоянно о ней твердит, тебе не обязательно находиться с ней рядом, достаточно принести еды и оставить одну, и так каждые два часа. – Повернувшись к Лиде, объясняла медсестра.
– Мне ее жаль, – старуха медленно, но уверенно, вставала с кресла и пыталась подобраться ближе к своей новой сиделки.
– Она больна. Если вдруг она начинает кричать, сразу зови санитаров, ей сделают укол успокоительного, порой она бывает буйна. – Медсестра ушла с палаты как можно быстрей. Старуха приближалась, и на ее лице стал, виден шрам от ожога.
– Что с вами произошло?
– То, что все уже почти 50 лет скрывают. Будто нашего детского дома никогда не существовало. Меня считают сумасшедшей, но эта история правда, но мне никто не верит.
****
1956 год. Молодая девушка выбегает из, главного здания, детского дома «Свобода» рыдая навзрыд. Буквально пару минут назад у нее забрали ребенка. Она когда-то тоже росла там, без родных и близких.
Детский дом был основан в 1904 году. Туда отдавали детей больных, недоразвитых, либо же здоровых, но рожденных не в браке, детей, которые не нужны и не любимы. После войны, дом восстанавливался, вскоре больных детей становилось все меньше, а беспризорников все больше. Беспризорников отыскивали и привозили в «свободу», давая жилье, образование, еду. "Свобода" славилась хорошим отношением к детям. Но только дети, живущие там, знали настоящее отношение к ним.
Это был маленький поселок, где есть все для проживания, небольшая речка, протекающая, в лесу, много пространства, маленький оздоровительный бассейн, больница, школа. От туда не сбежать, детей изолировали от мира, огромная граница, перекрыта трехметровым забором, лишь забираясь на крышу одного из корпусов, сквозь макушки деревьев, можно было разглядеть горы в дали, огромные, воздушные как вата тучи, по удачным дням, точнее вечерам, когда не было туч над детским домом, можно было наслаждаться закатом.
