— Ты с ним говорила?
— Да, мы ездили в Москву перед Новым годом, и я с ним встречалась. Поговорили вполне мирно.
Не без язвительных замечаний, конечно, с его стороны, но я знаю вашего сына, Людмила Ивановна, и я знаю, чего от него ждать. У него всё отлично и без нас. Всегда было отлично, и уж на меня ему обижаться попросту грех. Я приняла и поняла всё, и никогда его не держала.
Точнее, не сдерживала. Даже когда он мне изменял.
— Нина, что ты говоришь? — шикнула на неё свекровь, а Нина согласилась, что сказала лишнее.
Для матери сын всегда идеален, и даже его измены, которые Пашка особо и не скрывал, для матери не могут служить основанием для обвинения и осознания его морального падения.
— Если мы с ним останемся друзьями, я буду рада. Ради Ариши.
— А твой новый муж?
Нина взглянула предостерегающе, коротко ответила:
— Он мне не муж, — и тут же посмотрела на часы и из-за стола поднялась: — Извините, но нам пора. Не хочу опоздать на автобус в Лунёво.
— На дачу собираетесь?
— Да, там Вовка с семьёй. Погостим у них.
— Передавай привет.
— Обязательно. Ариша, попрощайся с бабушкой.
Нина, стоя в стороне, наблюдала за скомканным прощанием, за тем, как Пашкина мать неумело сюсюкает с единственной внучкой, и тихонько вздыхает, не получив желаемого отклика. Но Нина больше не переживала из-за непонимания родственников. Её ребёнок был нормальным, во всех отношениях, а если кто-то не умеет или не желает найти к ней подход, значит, не особо хочет с Ариной общаться. А заставлять она никого не будет, и расстраиваться не будет, прошли те времена.
Родной городок казался чужим. И очень маленьким. Нина шла, держа Арину за руку, по знакомым с детства улочкам, которые почти не изменились, лишь кое-где появились яркие вывески магазинов да билборды на обочинах. Поглядывала по сторонам, понимая, что её внимательность какая-то болезненная, будто она примеривается к возможному возвращению сюда, но вместо смирения в душе, ностальгии, хоть малюсенького желания вернуться, понимала, что задыхается. Маленький скверик, маленький фонтан, небольшая торговая площадь, частный сектор в черте города, даже движение на дорогах минимальное, с большим городом и не сравнить. Здесь жизнь спокойная и размеренная. На неё, одетую в белую норковую шубу, оборачивались прохожие, как на чужестранку. Она и чувствовала себя чужой.
На вокзальной площади махнула рукой таксисту на более-менее приличного вида иномарке, даже не посмотрев в сторону автобуса на Лунёво, который вот-вот должен был отправиться.
Они выехали вслед за ним и сразу обогнали. А Нина, обняв дочку одной рукой, достала из сумки телефон и взглянула на экран, хотя, и без того знала, что Костя больше не звонил. Снова стало страшно.
Вовка вышел их встречать к калитке. Родители, скорее всего, предупредили его об их с Аришей приезде, и он, в честь этого, расчистил от снега широкую дорожку к дому, настолько широкую, что машина могла бы подъехать прямо к крыльцу.
— Какие гости, — ухмыльнулся он, опираясь на лопату, и наблюдая, как они выходят из такси.
Нина брату улыбнулась.
— Не ждали?
— Как же, ждали. — Он лопату к забору поставил и поднял Арину на руки, наблюдал, как Нина с водителем рассчитывается. Потом опустил Арину на землю и забрал из багажника сумку с вещами. А когда машина отъехала, Нине подмигнул. — Ты в гости или все-таки убежище ищешь?
— Доложили уже? — с досадой поинтересовалась она.
— Мама Марине полчаса в трубку рыдала.
— Ага, меня к Люсе отправила, а сама быстрей звонить и жаловаться.
— Как Люся поживает?
— Хорошо, подпитывает себя хвалебными речами о сыне.
Вовка усмехнулся, пнул калитку и та широко распахнулась.
— А Пашка?
Нина сняла кожаные перчатки и в запале ими взмахнула.
— Этот, вообще, лучше всех. — И воспользовавшись тем, что Ариша убежала вперед, добавила: — Спит с той блондинкой, что танцует. Кажется, она певица.
— Телеведущая на музыкальном канале, — усмехнувшись, поправил ее брат.
Нина заинтересованно взглянула.
— Серьезно? Ты ее знаешь?
— Мне Маринка сказала. Она знает все. Смотрит каждую неделю эти танцы, даже смски шлет.
Нина фыркнула.
— Еще деньги на него тратить!
Вовка рассмеялся. Они вместе вошли в дом, Нину тут же племянники окружили, она всех расцеловала и громко сказала:
— Мы всем подарки привезли! — А сама нашла глазами дочку. — Ариш, раздевайся, а то вспотеешь.
Марина вышла ей навстречу, и вместо приветствия поинтересовалась с понимающей улыбкой:
— Сбежала от родителей?
— Да уж, — негромко отозвалась Нина. — Они сразу напридумывали кучу страшилок, я уже покаялась, что приехала.
— Хорошо выглядишь, загорела.
Нина к ней наклонилась, поцеловала в щеку.
— Да, из отпуска сразу мордой в грязь.
Марина нахмурилась.
— Что случилось?
Нина безнадежно отмахнулась.
— Не сошлись во мнении по некоторым ключевым вопросам.
Вовка выглянул из кухни со стаканом компота, отхлебнул.
— Это по каким же?
— По вопросам брака, — не стала она скрывать, но тут же заявила: — Все, не хочу больше об этом.
Накормите нас обедом, и будем подарки разбирать.
