Холл оказался странно многолюдным для столь позднего времени, но выйдя через распахнувшиеся стеклянные двери в приятную свежесть улицы, я увидел в стороне огромный автобус, рядом с которым рядами стояли дорожные сумки и суетился персонал на электромобилях. Видимо, сейчас въезжает новая группа туристов, поэтому, конечно, никому здесь не до праздного спокойствия. Возможно, оно и к лучшему — я меньше всего обращу на себя внимание в такой суете.
Миновав шлагбаум и радостно приветствуемый неизменно бодрым охранником, я повернул налево и, прихрамывая, двинулся в путь. Вокруг всё было освещено не хуже, чем днём, и повсюду толклись отдыхающие, поэтому одиноким я себя не чувствовал точно. Конечно, Анатолий должен был помнить о моей ноге и, возможно, разумнее всего взять до этой площади такси, однако наверняка он что-то рассчитал по времени и моё преждевременное посещение всё испортит. Ведь, в конце концов, он просто мог бы сам подъехать сюда и поговорить, но вместо этого, выходит вот такая история.
Кажется, когда жаркий день остался далеко позади, все наслаждались установившейся относительной прохладой, хотя в Москве сейчас, наверное, царила самая настоящая осень. Я на мгновение представил яркость кленовых листьев, ветер, который срывает их с деревьев и можно, загадав желание, попытаться поймать один, а то и несколько. Конечно, о таком быстро забывается, но в душе остаётся какой-то очень добрый и позитивный след, что, несомненно, создаёт очень нужный для полного разных событий дня позитивный настрой. А когда через разноцветные листья светит яркое солнце, то создаётся такое ощущение, что только сейчас и прозрел, увидев настоящую красоту окружающей природы, которая режет глаза и заставляет задохнуться от нахлынувших чувств. Да, именно чего-то подобного здесь не хватает, хотя остальное, несомненно, было намного лучше.
— Так вот где можно купить моим магниты! — раздался справа громкий неприятный голос, и, невольно посмотрев в этом направлении, я увидел неприятную пару средних лет, скрывающуюся куда-то вниз за ярко освещённой витриной.
Мой взгляд рассеянно скользнул по рядам выставленных там безделушек, в основном сделанных из чёрного вулканического камня, но замер на небольшой и в общем-то пошлой фигурке. Как оказалось потом в Москве, её размер составлял всего восемнадцать сантиметров, однако здесь она показалась мне намного выше, особенно контрастируя с бюстом человека, похожего на Гитлера. Это была толстая голая женщина с чёрной взлохмаченной шевелюрой на голове и лобке, с круглыми красными пальцами и непередаваемым выражением лица. Её язык был высунут в сторону, глаза распахнуты, а всё лицо выражало бурю эмоций, характерных полученному только что оргазму или увиденной вещи, которая поразила в самое сердце. Я понимал, что всё это как-то глупо, но не смог отказать себе приблизиться к витрине и внимательно рассмотреть фигурку, стоившую всего пятнадцать евро. Оказалось, что сзади на подставке располагается ещё и что-то вроде зелёного куста, из которого торчит некий округлый предмет, весьма смахивающий на половой член с какими-то дырочками. Колени женщины были слегка согнуты, но догадаться — предвкушает она приседание или уже выпрямляется после него, не представлялось возможным.
— Забавно, — прошептал я, хотя всегда был равнодушен к подобным вещам и, конечно, считал абсолютно неуместным держать нечто подобное дома. Однако в данном случае это действительно было нечто, и я глубоко задумался — а не купить ли подобный сувенир. Однако сегодня мне что-то помешало это сделать и, когда спустя пару дней я шёл сюда же с твёрдым желанием сделать покупку, то в первый момент испытал горькое разочарование — казалось, что фигурку уже купили. Однако владелица магазина всего лишь переставила её в другое место, и это стало единственным сувениром, который я привёз домой с Сицилии.
Кажется, я готов был стоять и смотреть на фигурку вечность — она представлялась мне странным гибридом между сицилийкой и русской женщиной, которая объелась макарон, но не потеряла своего колорита и загадочности. А внушительная грудь, кажется, чудом держащаяся параллельно полке в вытянутом состоянии, как бы подчёркивала воздушность и хрупкость изображённого человека. Кстати, она чем-то даже немного смахивала на Лену, если подойти с долей фантазии и упрощений, а эти мысли вернули меня к тому, что меня ждёт по каким-то срочным делам Анатолий, а я тут стою и занимаюсь непонятно чем.
