Останься со мной полностью

– Вот только жизнь прежней не стала, – решительно продолжает Люк. – Я облажался. В ходе лечения я обязался оставаться трезвым: никаких наркотиков, никаких рецептурных лекарств, никакого алкоголя. Вчера я сидел, ненавидя себя и думая о том, как я испортил свою жизнь. В голове бурлил круговорот мыслей: я постоянно думал о том, какие шаги я мог бы предпринять, чтобы избежать смерти мамы и не потерять сестру, единственного значимого для меня человека… – Люк глубоко вздыхает. – Так вот, я пошел в бар, куда раньше частенько заглядывал, пропустил пару стаканчиков… – Люк ерзает на стуле. – После пары рюмок некоторые из моих старых «приятелей» сообщили мне, что наш бывший дилер вышел из тюрьмы. Они, видимо, решили, что я захочу купить героин. Но я не хотел в этом участвовать, не хотел иметь ничего общего с этим подонком. Я его ненавидел. Он подсадил меня на наркотик, разрушил жизнь. Он был маленьким дьяволом на плече, побуждающим выбирать героин вместо семьи и вместо всего хорошего.

Я задерживаю дыхание. Эйден, сидя рядом со мной, напрягается. Интересно, следит ли он за ходом моих мыслей?

Люк запускает руку в волосы, хмурится, а затем прижимает к груди ладонь.

– Я не думал – я знал, что должен встретиться с Грегом лицом к лицу. Я вышел из бара, отправился в его район, одержимый своей ненавистью.

Господи, пожалуйста, не подтверждай мои опасения.

Большая, теплая ладонь опускается мне на бедро, напоминая о необходимости дышать. Я кладу свою руку поверх руки Эйдена, и, не глядя друг на друга, мы сплетаем пальцы.

– В конце концов я его отыскал. Он уже был под кайфом. Грег заявил мне с подлой ухмылкой, что однажды его самый преданный клиент все равно его разыщет. Я ни о чем не думал. Я был слишком пьян и зол, поэтому ввязался с ним в драку. И я не помню, что было дальше.

– Что ты несешь, Люк? Зачем ты это рассказываешь? – восклицает Аннализа, сердито стирая невольную слезу.

Он с трудом потирает затылок, выглядя гордо, но сожалеюще.

– Мне нужно, чтобы ты знала мою версию истории, Анна. Я хочу, чтобы ты знала, как сильно я тебя люблю и как мне жаль, что я все испортил.

Аннализа откидывает голову, как будто Люк нанес ей невидимый удар.

Он делает глубокий вдох.

– Я не знаю, кто его убил. Я не знаю, как он оказался у дома Эйдена. Я не помню, как я вообще очутился в своей кровати. Но я точно знаю, что я был пьян и зол. Если меня арестуют и посадят в тюрьму за убийство Грега, я хочу, чтобы ты знала: я не прекращал попыток увидеть тебя. Я никогда не перестану хотеть вернуться в твою жизнь. Но если меня арестуют, я не знаю, смогу ли я вообще с тобой связаться. Я боялся, что ты посчитаешь, будто мне наплевать.

Никто не шевелится. Никто не дышит. Мы пытаемся переварить признание.

Люк убил отчима Эйдена.

– Что ж, команда, загадка раскрыта. Пора возвращаться в фургончик тайн. – Ноа подражает Фреду из «Скуби-Ду», громко доедая остатки мороженого.

– Ноа, – шипит Шарлотта, в то время как остальные одаривают его изумленными взглядами. – Сейчас не время.

– Просто пытаюсь снять напряжение. – Он пожимает плечами.

Эйден игнорирует Ноа. Его внимание по-прежнему сосредоточено на человеке, который, по сути, только что признался в убийстве его отчима.

– Где вы встретились? Как он очутился перед моим домом с моим телефоном?

– Честно говоря, я не помню, где мы встретились. И я понятия не имею, как он попал в твой двор. Я почти уверен, что встретил его не на твоей улице. Я сомневаюсь, что я вообще его убивал! Но твой телефон…

– Он был у тебя? – Мэйсон понимает, что хочет сказать Люк, и не пытается скрыть обвинительный тон.

– Ну да, но…

– Что ты собирался с ним делать? Оставить себе? Подставить Эйдена? Впрочем, ты это и сделал. – Чейз сужает глаза, а я сжимаю руку Эйдена, все еще лежащую на моем бедре.

– Что? Нет! – Люк выкрикивает слишком громко, в результате чего другие посетители одаривают нас раздраженными взглядами.

Наверное, они думают, что мы – глупые и надоедливые подростки, ввязавшиеся в жаркую дискуссию о чем-то малозначительном, например, о том, как правильно писать сокращения в тексте. В то время как на самом деле мы обсуждаем сложные детали убийства.

Если бы они только знали…

Люк понижает голос:

– Слушай, я нашел его на треке в тот вечер, когда приехала полиция и все разбежались.

– Мой телефон почти три недели лежал у тебя и ты не догадался его вернуть? – удивляется Эйден.

Люк открывает рот, чтобы возразить, но Эйден его опережает:

– И даже не смей говорить, что ты не знал, чей он. Пусть он и был заблокирован, но на заставке экрана стоит фотография близнецов. А я уверен, что ты знаешь, как они выглядят.

– Да, я знал, что он твой. Я просто не успел его вернуть. Вернее, я хотел использовать его как предлог, чтобы поговорить с тобой и попросить вразумить Аннализу. Видимо, я уронил его во время драки с Грегом.

Аннализа, усмехаясь, скрещивает руки.

– Глупый план. К тому же он бы все равно не сработал.

Люк смотрит на сестру.