Останься со мной полностью

– «Тупых сопляков» я оставил дома. – Эйден подчеркивает сказанные Эндрю слова. – Я не хотел, чтобы они стали частью твоей игры. Я, кстати, тоже не хочу.

Эндрю наклоняет голову.

– Тогда зачем ты пришел?

Эйден переводит взгляд на меня. Я знаю, что он и сам не очень понимает причину, но я все же надеюсь, что он получил ответ, который искал. Судя по всему, Эндрю все тот же самовлюбленный мудак, каким был в те времена, когда бросил Эйдена и его маму.

– В жизни я встретил множество дерьмовых людей, – начинает Эйден, – но никто из них даже близко не сравнится с тобой.

– Мне жаль, что ты так считаешь. – Эндрю нисколько не сожалеет.

– Я не пришел сюда что-то просить, – говорит Эйден. – Но теперь, кажется, я хочу всего.

Эндрю обменивается взглядом с женой. Она одобрительно кивает. Конечно же, они были готовы к такому повороту.

Тон Эндрю звучит уверенно, даже слишком:

– У нас достаточно денег, чтобы ты и твои братья никогда не работали.

Эйден наверняка заметил, что Эндрю обращается к Джейсону и Джексону только как «твои братья», а не «мои сыновья».

– Мне не нужны твои деньги.

– Тогда что…

– Я говорил с Вивьен Хенфри, – перебивает Эйден. Он выглядит спокойно, даже несмотря на то, что мы находимся в самом центре змеиной ямы. – Ты ей очень не нравишься.

Манера Эндрю а-ля «мы семья, сынок» куда-то исчезает, и я вижу его таким, какой он есть на самом деле.

– В кампанию вложено много труда и денег, Эйден. – Он старается сохранять спокойствие, пытаясь контролировать ситуацию. – Многие люди рассчитывают на меня. Судя по всему, я стану губернатором. Люди любят меня, считают меня защитником обездоленных, борцом за народ и их детей. Понимаешь, почему я не могу допустить скандал?

– О каком скандале ты говоришь, Эндрю? – спрашивает Эйден, прекрасно понимая, о чем он, но желая услышать, как он произнесет эти слова.

Губы Эндрю поджимаются; глаза становятся холодными, расчетливыми.

– Ты умный парень, раз уж ты мой сын. Достаточно умный, чтобы понять истину: наше печальное прошлое должно оставаться в прошлом. Я не могу позволить, чтобы мою репутацию подорвали. – Он смотрит на меня, должно быть, впервые с тех пор, как мы вошли, и я не упускаю из виду, насколько это пристальный взгляд.

– И почему меня должна волновать твоя репутация?

Эйден бросает вызов. Любой, кому он сказал бы эти слова, съежился бы под их тяжестью.

Но Эндрю даже не колеблется.

– Я очень влиятельный человек, Эйден. Я знаю людей, которые будут не против замарать руки. И я говорю не только о тебе.

Снова этот пристальный взгляд в мою сторону, от которого мурашки бегут по рукам.

Эйден не колеблется.

– Это угроза?

Эндрю поправляет дорогие запонки, совершенно не обращая внимания на угрозу, исходящую от сына.

– Можешь интерпретировать это заявление как угодно. От этого оно не станет менее правдивым. – Эндрю выпрямляется. – Я всегда знал, что предназначен для чего-то большего, чем торчать в крошечном домике с умирающей женщиной и кучкой неблагодарных детей. Я не позволю какому-то сопляку разрушить мои цели.

Эйден тоже выпрямляется. Его спина напрягается, и я чувствую, как его решимость крепнет. Я быстро хватаю Эйдена за руку, которая находится в нескольких секундах от того, чтобы причинить серьезную боль (хотя я хотела бы надрать этому подонку зад). До сих пор я молчала, позволяя Эйдену во всем разобраться, но теперь я в бешенстве. Эндрю оскорбил не только покойную жену, но и Эйдена, Джейсона и Джексона. Он угрожал ему, вынуждая Эйдена молчать об истинной сущности Эндрю.

Я вложила в свои слова столько яда, сколько смогла.

– Вы бросили больную, беременную жену и маленького сына? Предложили Кэтрин выйти замуж, потому что у нее есть деньги? Вы баллотируетесь в мэры, в губернаторы, врете людям и притворяетесь человеком, которым не являетесь, чтобы заполнить пустоту в своей жизни? А заполнить эту пустоту вы никак не можете, потому что знаете: что бы вы ни делали, кому бы вы ни платили, чтобы понравиться или запугать, сколько бы денег у вас ни было, вы никогда и близко не станете кем-то значимым. Вы всегда будете куском дерьма, трусом и жалкой пародией на человека.

Эндрю сужает глаза. Его губы слегка подрагивают, как будто он заинтригован. Он обращается к Эйдену, но при этом не сводит с меня глаз:

– Твоя девушка за словом в карман не полезет. Убедись, что Амелия держит себя в руках, или я пришлю того, кто сделает это за тебя.

Когда он произносит мое имя, делая на нем акцент, я понимаю, что он из тех влиятельных людей, которые могут быстро стать большой проблемой и принести больше вреда, чем пользы. Дрожь пробегает по позвоночнику. Тело Эйдена напрягается, и я почти позволяю ему сделать то, чего он хочет, однако быстро прихожу в себя, сжимаю его руку и обращаюсь к Эндрю со злорадной улыбкой, прежде чем он успевает отреагировать.

– Вы знаете, где меня найти, но было бы гораздо веселее, если бы вы не перекладывали на других грязную работу, как маленькая кры…