Она надулась, одарив его таким взглядом, что мне захотелось подбежать и заключить подругу в объятия. Ее нижняя губа была выпячена, а большие глаза заслезились.
– Они ни в какую не поддаются. Я перепробовала все способы. Но они… у нас на свадьбе не будет пончиков «Mackie's Donuts».
– Ох, милая, – сказал Оливер, заключая ее в крепкие объятия и тем самым пряча ее лицо от нашего взгляда. Мы с Тайлером обменялись понимающими улыбками, а затем присоединились к объятиям, обхватив их обоих.
– Мы что-нибудь обязательно придумаем, – заверил ее Оливер.
– Но я хочу именно их пончики, – пробормотала она, пока мы обнимали ее.
– Доверься мне, ладно? – Оливер тепло усмехнулся, поцеловав ее в макушку, после этого мы выпустили Морган из объятий. – На нашей свадьбе будут пончики, и они будут очень вкусными. Я обещаю.
– Ладно. – Она всхлипнула, но улыбнулась.
И в следующее мгновение она вернулась в рабочий режим.
Морган позвонила своим родителям, которые должны были поехать на Кейп, чтобы встретиться с организатором и обсудить пожелания по оформлению и маршрут на день свадьбы.
Они собирались остаться там, так как мы все присоединимся к ним всего лишь через пару дней.
Затем она указала на меня и Тайлера, заставив нас обоих поклясться сделать этот чертов плей-лист из лучших песен, которые когда-либо вообще существовали на свадьбах. Как только мы отсалютовали ей, Морган взяла Оливера под руку и потащила к входной двери. Как итог в фойе остались только мы с Тайлером, он держал руки в карманах своих шорт, а я прятала купальник под платьем.
– Я поведу, – произнесла я.
– Поведешь? – Я уже собралась идти к входной двери, когда он приподнял непонимающе бровь.
– Угу.
– Мы же должны работать над плейлистом.
– И мы будем, – произнесла я, открывая дверь и придерживая ее для него. – Но думаю, что нам нужно немного вдохновения и хорошего настроения, чтобы принять правильные решения. Так что мы поработаем не дома. – Я указала на виды снаружи. – Посмотри, какая замечательная погода сегодня. Солнечно, легкий ветерок, немного облаков… Тебе не кажется, что было бы неплохо поработать на улице?
– Мы могли бы посидеть у бассейна. – Тайлер указал большим пальцем себе за плечо.
– Просто пошли. – Я фыркнула, а затем наклонилась, чтобы схватить Тайлера за запястье, и потащила за дверь.
Это вызвало у меня смешок, и я почувствовала вибрацию во всем теле и даже в душé.
Темной и ужасной душе.
Я отогнала эту мысль, забираясь на водительское сиденье «Кадиллака» его мамы. Как только Тайлер оказался на пассажирском сиденье, я завела машину и направилась к дороге, по которой не ездила уже много лет. Мое сердце бешено колотилось в груди.
Предупреждение или призыв к сплочению?
Я совершенно не понимала.
В конце скрытой проселочной дороги, где стоял старый заброшенный домик у озера, находился гигантский причал и веревочные качели, свисающие с ветки дерева. Это было наше любимое тайное место, куда мы ходили детьми, и я рискнула приехать сюда вновь, предполагая, что этот заброшенный дом и старый причал все еще будут здесь.
На самом деле все осталось прежним.
Это была спокойная часть озера, маленький анклав, в котором не было видно ни одного соседнего дома. Вода была зеркальной, идеально подходящей для катания на байдарках, каноэ, паддлбординга[7] или, мое любимое, – для прыжков со скалы.
Тайлер большую часть поездки молчал, скрестив руки на груди, как будто был раздражен, скучал или чувствовал себя некомфортно – а может, все сразу. Но когда он понял, по какому пути я везу нас, то взглянул на меня с любопытной улыбкой.
– Тот старый дом?
Я просто улыбнулась, не отвечая, но он уже прекрасно все понимал сам.
Когда мы въехали на подъездную дорогу, заросшую сорняками и кустарником, я бросила Тайлеру плавки, которые стащила у него в комнате, а затем сказала переодеться и встретиться со мной на причале. Он покачал головой и улыбнулся. Я ответила тем же, выскакивая из машины и оставляя его переодеваться.
Дул легкий ветерок, охлаждающий жару от летнего яркого солнца и заставляющий деревья шелестеть, а длинные сорняки колыхаться из стороны в сторону, создавая на поляне тени. Я улыбнулась знакомому ощущению лета, запаху кизила и сассафраса[8],
звуку озерной воды, мягко плещущейся о берег.
Стоило мне ступить ногой на старый причал, мой желудок в момент сжался от тоски. Я вспомнила те бесконечные летние дни, проведенные с Морган и Тайлером, представляя, что они были моей настоящей семьей, что у меня были брат, сестра и родители, которые любили и заботились обо мне. Сколько дней мы провели, прыгая с причала или раскачиваясь на веревочных качелях, с которых плюхались в озеро. Сколько вечеров мы потратили впустую, просто болтая и слушая музыку, играя в игры, поддразнивая друг друга по поводу типичных подростковых вещей, например, влюбленности и полового созревания. Сколько ночей мы дурачились, пробираясь в старый дом, и притворялись, что видим призраков, слышим голоса, после чего выбегали оттуда на бешеной скорости, смеясь и дурачась друг с другом во дворе.
