Оставь меня в прошлом полностью

Джейкоб долгое время молчал, но потом кивнул, прикусив губу. Он переваривал то, что я сказала.

– Хорошо, – сказал он через некоторое время, когда его глаза встретились с моими. – Это нормально. Это нормально, что ты так себя чувствуешь. У всех нас есть прошлое, вещи, которые причиняют боль, вещи, которые мы не хотели бы чувствовать частью нас. Но позволь мне бороться с этими демонами вместе с тобой. Я могу быть тем, с кем ты можешь поговорить обо всем этом. Могу быть тем, кто поможет тебе пережить боль.

В горле образовался комок, и казалось, что я не смогу больше сделать ни единого вдоха до конца своих дней. Но мне удалось сглотнуть, покачать головой и снова встретиться с его взглядом.

– Я бы хотела, чтобы все было так просто, Джейкоб.

– Это может быть. Если ты позволишь мне, то так и будет.

– Я переспала с Тайлером прошлой ночью.

Голова Джейкоба резко дернулась назад, как будто я протянула руку сквозь экран и влепила ему пощечину.

Мне кажется, именно это я и сделала.

– Понятно.

– Мне очень жаль, – прошептала я, желая протянуть руку и прикоснуться к нему, но знала, что не имею на это никакого права. – Я хотела бы сказать тебе, что сожалею, что этого никогда не должно было случиться, но это было бы ложью, а я больше не могу лгать тебе. Больше не могу лгать себе.

Из Джейкоба вырвалось что-то вроде смешка.

– Итак, ты теперь с ним? Это твой грандиозный план встретиться лицом к лицу со своим прошлым – трахнуться с парнем, который разбил тебе сердце?

Я вздрогнула от этого обвинения, но не разозлилась.

Это заслуженно.

– Нет, – тихо ответила я. – Мы не вместе. Он… у него есть девушка. Она сейчас здесь. И… – Я покачала головой, потому что перешла к тому, что Джейкобу не нужно было слышать. – Это была ошибка.

– Ты только что сказала, что это не было ошибкой, так что же это в итоге?

Я крепко зажмурила глаза, прижав кончики пальцев к виску.

– Не знаю. Это было ошибкой для него, но не для меня. Или, может быть, для него это не было ошибкой, но… Мы с Тайлером не можем быть вместе. Не сейчас. У нас был шанс, но ничего не вышло, и я отказываюсь разбивать еще больше сердец, чем те, которые уже разбиты.

– Кроме моего, верно? – спросил Джейкоб с издевкой. – Полагаю, я тот сопутствующий ущерб, который ты не против понести во всей этой ситуации?

– Что еще я могу сделать? – спросила я, протягивая к нему руки. – Ты бы предпочел, чтобы я солгала тебе? Предпочел бы сесть завтра на самолет, прилететь сюда и никогда не узнать, что я переспала с шафером на свадьбе? Или чтобы я поехала с тобой домой в Калифорнию, притворяясь, что этих двух недель никогда не было, что я никогда не просыпалась от всего того дерьма, от которого пряталась, что не превратилась полностью в того человека, которого больше не узнаю2?

Продолжительный вздох вырвался из его груди, но морщинка между бровями разгладилась, как будто услышанные варианты ему тоже не очень понравились.

– Мне очень жаль, Джейкоб, – заплакала я. – Прости, что разбиваю тебе сердце прямо сейчас. Я разбиваю и свое тоже. Но я люблю тебя, уважаю и забочусь о тебе слишком сильно, чтобы лгать. Знаю, нелегко это слышать, но думаю, что не сказать тебе было бы гораздо хуже. Думаю, ты заслуживаешь правду. Ты заслуживаешь девушку, которая полюбит тебя так же сильно, потому что ты самый удивительный человек, – произнесла я, шмыгая носом от новой волны слез. – И хочу, чтобы ты был счастлив.

Джейкоб кивнул, опустив глаза.

– Только не с тобой, верно?

Я не ответила. В этом не было необходимости.

Но это все равно сломило меня.

Прошло несколько минут молчания, но я не торопилась их прервать. Не пыталась говорить больше, потому что сказала все, что нужно было, и не пыталась закончить разговор, потому что мое сердце хотело держаться за Джейкоба так долго, как только могло, – каким бы эгоистичным это желание ни было.

Когда он наконец снова посмотрел на меня, то медленно, ровно выдохнул и кивнул.

– Что ж, непохоже, что я могу переубедить тебя, и, возможно, это ранит даже больше. В большинстве случаев есть шанс бороться за женщину, которую любишь, когда все идет наперекосяк. Но это была бы безнадежная борьба, не так ли?

У меня защипало в носу, и слезы продолжили стекать по лицу.

Джейкоб снова вздохнул.

– Что, если я все-таки приеду на свадьбу?

– Что? – Я непонимающе моргнула.

– Я знаю, тебе больно. Так же сильно, как ты разбиваешь мое гребаное сердце. – Джейкоб захлебнулся эмоциями от этих слов, и то, как он мучился, убивало меня. – Не хочу, чтобы ты проходила через это в одиночку. Позволь мне все-таки прилететь завтра. Я буду твоим «плюс один», и никто не узнает, что произошло. Тогда мы сможем вместе улететь домой и… Может, разберемся со всем этим.

Эмоции снова захлестнули меня, но сейчас было в основном тошнотворное чувство собственной никчемности. Как этот человек мог быть так добр ко мне даже после всего, в чем я призналась? Джейкоб все еще был готов сесть в самолет и прилететь ко мне после того, что я с ним сделала, просто чтобы помочь и облегчить мою боль.