Оставь меня в прошлом полностью

Те две недели были адскими. Я пытался держаться от нее подальше, пытался оставить Жасмин в покое, но как бы ни убеждал себя, что делаю все возможное, дабы дать ей пространство, я каким-то образом оказывался с ней в одной комнате. Я придумывал все возможные предлоги, чтобы провести с ней время – например, был на кухне, когда знал, что это будет ее первой остановкой после утренней пробежки, или заставлял отдыхать, когда у нее пропал голос, или брал ее на пробежку по моей любимой тропе. Я хватался за любую возможность остаться с ней.

Каждый раз, когда я получал предупреждающий знак в виде ее парня, напоминающего мне о своем существовании, я с большей силой ощущал всю необходимость держаться от Жасмин подальше.

Но это никогда не длилось долго.

Как только мы наконец признались в чувствах к друг другу, я уже прекрасно понимал, что никогда больше не смогу отпустить ее.

Мы упустили много времени – слишком много времени, – и я бы провел остаток своей жизни, наверстывая упущенные моменты.

– Придурок, – произнесла Жасмин сквозь притворно серьезный смех, кладя книгу сушиться рядом со своим напитком. – Я как раз подходила к интересному!

– Постельная сцена?

– Может быть.

– Вместо этого мы можем сделать что-то подобное сами, – хитро предложил я.

Жасмин улыбнулась, и, хотя ее глаза были скрыты солнечными очками, я знал, что она их закатывает. Тем не менее она вылезла из гамака, взяв свой напиток, и присела на край бассейна. Как только ее ноги оказались в воде, я оказался между ними, схватил ее за бедра и собственнически поцеловал.

– Ты ведь не шутил, когда говорил о нашей собственной постельной сцене, не так ли? – Жасмин в дразнящем жесте прижалась к моим губам.

– Я бы никогда не стал шутить о чем-то столь серьезном.

Она рассмеялась, толкая меня обратно в воду.

– Ты ненасытен. Мы едва перестали заниматься сексом в этой поездке.

– В этом и заключается медовый месяц.

Она откинулась назад и оперлась на ладони, давая мне еще лучше рассмотреть ее фигуру и мягко плескающиеся в воде ноги.

– Я не могу поверить, что мы здесь, – тихо сказала Жасмин, с улыбкой покачивая головой и оглядывая окружающий нас рай. – Не могу поверить, что мы женаты.

– Ну, в любой момент, когда ты не можешь в это поверить, просто посмотри на кольцо у себя на пальце.

Жасмин сделала это – ее улыбка стала шире, когда она пошевелила пальцем, отчего бриллиант в два карата изумрудной огранки засверкал на солнце.

– Неплохой совет, мистер Вагнер.

– Ну, что тут можно сказать, я гений, миссис Вагнер.

Я самодовольно ухмыльнулся, плывя обратно, чтобы снова устроиться у нее между ног. Мои губы поцеловали ее, такие мягкие и соблазнительные. Мне нравилось, как она встречала мои прикосновения, как сейчас раздвинулись ее ноги, как руки обхватили мою шею, а тихий вздох, похожий на стон, сорвался с ее губ.

– Думаешь, мы когда-нибудь устанем от этого? – спросила Жасмин, целуя меня в шею.

– Может быть, – ответил я. – Но пока не могу представить себе этот день.

Она мягко рассмеялась.

– Ну, если твои родители или единственная сестра – это хотя бы какой-то показатель того, во что мы ввязались, я бы сказала, что этот день никогда не настанет. Твои родители женаты уже тридцать два года, и они все еще не могут держать свои руки при себе.

Я страдальчески застонал и оттолкнулся назад, чтобы всплыть на поверхность, тем самым не давая ей увлечь меня под воду. Когда я вынырнул, то потряс головой в разные стороны, стряхивая воду с волос.

– Говорить о моих родителях, когда я нахожусь у тебя между ног, не круто. Весь кайф обломала.

Жасмин рассмеялась после сказанных слов.

– Я просто пыталась донести свою мысль. Твои родители и сестра, у которой на подходе ребенок номер два, – я бы сказала, что мы попали в семью безнадежных романтиков.

– Я всегда был бессилен, когда дело касалось тебя.

Жасмин улыбнулась, и я, снова приплыв к ней, стянул ее с выступа в воду за собой, чтобы крепко обнять. Заливистый смех моей жены был легким и воздушным – определенно мой любимый звук. Она обхватила ногами мою талию, а руками – шею, позволяя мне нести ее к панорамному бассейну, откуда открывался вид на невероятно голубую воду под нами.

– Помнишь, как мы ехали на Кейп на свадьбу и ты сказала, что, может быть, однажды мы приедем сюда вместе?

Пунцовый румянец окрасил ее щеки.

– Помню.

– Ты правда думала, что это когда-нибудь случится?

– Нет. А ты?

Я задумался, вспоминая тот день так четко, словно это только что произошло – какой уставшей и несчастной Жасмин выглядела, сидя на пассажирском сиденье, но какой великолепной она всегда была, несмотря ни на что. Я вспомнил, как сам не спал, как изо всех сил старался держаться от нее в стороне, но был безнадежен и не мог сопротивляться ей, когда она попыталась преодолеть пропасть между нами.

Я не мог устоять перед Жасмин, и у меня было чувство, что этот факт никогда не изменится.

– Да, мне правда казалось, что это случится.

– Не может быть, – удивилась она, прищурившись. – У тебя была девушка. На тот момент мы даже не целовались или что-то в этом роде.