Однако я хотела, чтобы он остался.
Мотель был построен в форме буквы «П», мой номер находился на первом этаже. Из-за этого я немного удивилась, когда открыла дверь и не увидела перед собой никого. На календаре был март, но в Пенсильвании, похоже, об этом забыли. Внезапно меня пронзил порыв резкого сырого ветра, от которого заныло все тело. Особенно шрам на левой стороне грудной клетки.
Над головой прогремел раскат грома, предвещая приближение грозы. Дрожа, я обхватила себя руками, сделала маленький шажок вперед и посмотрела налево и направо, но никого не обнаружила. А потом из припаркованного внедорожника вышла одинокая высокая фигура – это был Скотт. Тревога, сжимавшая мое сердце, отступила. Муж шел ко мне, сохраняя непроницаемое выражение лица. Оно ничего не выражало, но в тоже время было строгим. Вот лучший способ описать его. Губы сжаты в прямую, строгую линию. Взгляд хищный и острый. Я не знала, что делать, но долго раздумывать не пришлось.
В тот момент, когда Скотт подошел и закутал меня в свою куртку, его тепло согрело не только тело, но и душу. Его запах успокоил мои расшатанные нервы. Я никогда не была так счастлива кого-то видеть. Шагнув вперед, он практически внес меня внутрь комнаты, а я обвила руками его шею, держась изо всех сил. Я подняла лицо, и он оставил поцелуй в уголке моего рта, потом на чувствительной коже шеи, на виске.
– Как ты…
Я не закончила вопрос, потому что он накрыл мои губы своими. И не остановился. Ни когда поставил меня на ноги и пинком захлопнул за собой дверь, ни когда снял куртку и накинул мне на плечи, чтобы я могла согреться. Я даже не замечала, как сильно дрожу, пока он не начал гладить меня по спине и шептать на ухо нежные слова утешения.
– Я здесь… Все хорошо… Я с тобой… Я держу тебя, солнышко…
Куртка сохранила тепло его тела. И запах тоже. Закутываясь в нее глубже, я ощущала безопасность и комфорт, в которых так отчаянно нуждалась. Никто и никогда не заботился обо мне так сильно.
Слезы хлынули из глаз с новой силой, обжигая лицо. Я едва могла хоть что-то рассмотреть сквозь них. Лицо Скотта превратилось в красивую кляксу.
Взяв меня за руку, он подвел нас к кровати, опустился на нее и посадил меня к себе на колени. Его руки обвились вокруг моей талии, а мои – вокруг его шеи. Некоторое время мы сидели молча, прижавшись друг к другу. Как будто он знал, что мне было необходимо немного побыть в тишине, чтобы вернуть себе самообладание.
– Как ты меня нашел? Не хочу называть тебя сталкером, но твоя способность находить меня всегда и везде немного настораживает.
Я знала, что Скотт отнюдь не глупый парень. Однако сейчас, как казалось, его поисковые навыки вышли на новый уровень.
Он фыркнул и уткнулся носом мне в шею, прежде чем заговорить.
– Мой отец знал, где жили твои бабушка и дедушка. А это единственный… – нахмурившись, он огляделся, – …отель в городе.
– Впечатлена, – честно призналась я, мой взгляд был прикован к его мягким чувственным губам, как взгляд миллениала к «Твиттеру».
– Потому что я нашел тебя?
– Потому что ты приехал… – Я запустила пальцы в его волосы, и он вздохнул. – И потому что у меня такое чувство, будто я сижу на ручке коробки передач.
Скотт широко и весело улыбнулся.
– Это происходит само собой, когда ты рядом. Я скучал по тебе.
– Я тоже скучала по тебе.
Он глубоко вздохнул, выражение его лица стало серьезным, как будто он готовился к чему-то неприятному. Его руки крепче сжались вокруг меня.
– Расскажи мне, что случилось.
Я не хотела говорить. Не хотела думать о Джоше, о бабушке и дедушке, о тех ужасных воспоминаниях, которые воскрешало в памяти это место. Мой мозг был перегружен, и мне нужно было срочно очистить историю браузера. Я хотела почувствовать себя хорошо, и Скотт знал, как помочь мне расслабиться лучше, чем кто-либо другой.
Обхватив ладонями его небритые щеки, я крепко поцеловала его.
– Я не хочу разговаривать, – прошептала я ему в губы. – Не сейчас… пока нет. Просто сделай так, чтобы у меня не было сил думать о плохом. Ты же сможешь?
Какое-то время Скотт вглядывался в мое лицо. Затем кивнул. Куртка мягко слетела с моих плеч, бесшумно соскользнув вниз. Затем потрепанная футболка, которая была на мне, медленно поползла наверх и вскоре тоже оказалась на покрытом ковролином полу. От того, как нежно его мозолистые пальцы прошлись по линии моей ключицы, дрожь пробежала по всему телу. Я не могла больше ждать.
Пока наши губы сливались в поцелуе, он раздел меня догола, уложил на второсортную кровать мотеля и медленно начал раздеваться сам, я наблюдала за ним с нескрываемым ликованием в глазах. Это было лучше любого рождественского подарка, который я когда-либо получала. Серый свитер? Бум – и пропал. Дизайнерские итальянские ботинки? Оказались сброшены, вот и отлично. Джинсы? Пока-пока.
– Без трусов?
