Приемщица подсчитала количество слов – с адресом их было девятнадцать, выписала квитанцию.
– Добавьте, что телеграмма срочная, – попросила старушка.
Спустя несколько часов во Львове доставщик телеграмм подъехал на велосипеде к греко-католическому собору Святого Юра. Позвонил у ворот, дождался, чтобы в калитке появился канонник в черном остроконечном клобуке.
– Депеша из Москвы, лично вам, святой отец.
Теодозий расписался в получении, поспешил в палату капитула, где на стене среди ликов членов унии, предшественников митрополита на почетном месте красовался портрет римского папы Урбана VIII с изречением готическим шрифтом:
«С помощью вас, мои рутены[92], будет возвращен весь Восток!»
Канонник доложил с поклоном митрополиту Андрею (до принятия монашества графу Шептицкому[93]) о депеше из Москвы, попросил позволения ненадолго покинуть собор.
Переодевшись в костюм, напялив касторовую шляпу, Теодозий миновал старый парк, заселенный воронами. Вышел на улицу, ведущую к «Вилле Францувка», где над подъездом свисал флаг со свастикой в круге. Вышедший на стук фельдфебель грубо напомнил, что миссия закрыта. Канонник перебил:
– Доложите господину советнику, что пришел Теодозий.
Охранник отступил, позволяя посетителю войти в здание.
– Поспешите, – тем же, не требующим возражения голосом сказал Теодозий.
Фельдфебель вскоре вернулся, сопровождая поджарого, на ходу застегивающего пуговицы мундира Отто Вехтера[94]. Штандартенфюрер СС никого не ожидал в миссии, занимающейся переселением из Западной Украины (ставшей советской областью) на территорию рейха рейхсдойче, фольксдойче.
– Что привело? Нечто срочное?
Вместо ответа Теодозий протянул телеграмму.
Вехтер прочитал текст, сложил бланк:
– Поступили осмотрительно, не позвонив. Захватившие ваши земли москали, без сомнения, прослушивают телефоны миссии. Удалось попасть на строящиеся русскими укрепления на Западном Буге?
– Да и без осложнений, – доложил Теодозий. – Мое одеяние было лучше любого пропуска, считали, что иду в монастырь. Зафиксировал все блиндажи, доты, бетонные огневые точки, места сосредоточения танков, расположения казарм. Встретил многих с черными петлицами, что говорит о прибытии инженерных войск. В лесах Сокальщины появились противотанковые рвы. Для отвода глаз из монастыря сестер-василианок взял в попутчицы игуменью.
– Можно ей доверять?
– Как самому себе. Ненавидит безбожников, считает их исчадием ада.
Через час текст телеграммы лег в Берлине на стол начальника второго управления абвера Лахузена.
– Не могло при передаче, приеме произойти сокращение текста?
Адъютант успокоил:
– Люди митрополита исполнительны, любая ошибка исключена. Наша миссия в Лемберге[95] не только помогает людям с арийской кровью в жилах переехать в Германию, но и снабжает разведданными, осуществляет связь с Москвой.
Лахузен перечитал телеграмму.
– Русский на пути в Берлин. Ночью пересечет новую границу рейха. Срочно проинформируйте Эрлиха, чтоб был готов. Объект в девятнадцатом вагоне, о чем говорит число слов в депеше. Надеюсь, операция пройдет без сбоя, мы заполучим еще одни глаза, уши в весьма важном советском наркомате.
