С видом победителя выложил на столик паспорт с гербом СССР на обложке.
8 Конца дождю, казалось, не было, с неба лил настоящий поток.
Первым из вагона на Ангальском вокзале Берлина вышли гестаповцы, следом дамы с девочками, за ними Эрлих с Гофманом. Раскрыв зонты, подняв воротники плащей, поглубже нахлобучив шляпы, прибывшие поспешили спрятаться от ливня под крышу.
На перроне остался лишь журналист. Не дождавшись русского попутчика, швейцарец вернулся в вагон, постучал в пятое купе. Когда дверь не отворили, пошел к проводнику.
– Тысяча извинений. Желаю проститься с русским, пожелать дальнейшего счастливого пути, но он отчего-то не выходит.
Бёмер обрадовался, швейцар подвернулся как нельзя кстати, станет свидетелем, подпишет полицейский протокол.
– Может, ожидает носильщика? – продолжал журналист. – Но при посадке в Москве имел лишь небольшой чемодан.
– Носильщиков давно нет, – напомнил Бёмер. – Все направлены на трудовой фронт.
Бёмер двинулся к купе. Отворять дверь своим ключом не пришлось – купе было не заперто, и заглянувший через плечо «проводника» журналист увидел русского спящим в сидячем положении. Бёмер притронулся к плечу, и Магура свалился набок.
Врач на вокзале оттянул Магуре веки, проверил пульс.
– Лично я, страдающий бессонницей, завидую подобному глубокому сну.
Журналист обернулся к обер-вахмистру, который бесцеремонно пару раз хлопнул спящего по щекам.
– Он спит, – повторил врач. – Виновата изрядная доза спиртного или сильнодействующее снотворное. Магура лежал на узкой кушетке, рядом на полу стоял чемодан. – У него дрогнули веки! – обрадовался журналист.
И верно – Магура открыл глаза. Затуманенным взором огляделся, с трудом приподнял голову. – Где я? Что со мной? Врач ответил:
– Это не вы, а я должен спросить, что с вами, какое приняли лекарство. Магура пощупал голову. Медленно опустил ноги на пол. Врач потерял интерес к доставленному, стал мыть руки.
– В следующий раз постарайтесь быть осмотрительным с дозировкой лекарства.
До этой минуты хранивший молчание обер-вахмистр попросил журналиста:
– Необходима ваша подпись под протоколом. Подтвердите, что у пассажира ничего не пропало, багаж цел, – обернувшись к Магуре, добавил: – Письменно зафиксируем, что нет претензий. Предъявите паспорт.
Магура полез во внутренний карман пиджака и вместо паспорта достал купюры.
– Валюта враждебной рейху Британии? – нахмурился обервахмистр. – Как посмели привезти, это карается законом!
– Это не мои деньги, вижу их впервые, – признался Николай Степанович, ослабевшая рука выронила банкноты, и те рассыпались на полу.
– Я просил паспорт с визой на право въезда в великую Германию, – повторил страж порядка.
Магура вывернул один, затем другой карман, но паспорт не нашел.
– Заявляю о похищении моего паспорта. Берлинская полиция обязана отыскать его. Так же требую оградить от провокации с подбрасыванием денег.
– Что собираетесь предпринять?
