— Да, как-то неожиданно, узнав, что Генри Войт будет праздновать Пасху у нас, — Джоанна многозначительно посмотрела на мужа, — всё семейство Пола вдруг решило нагрянуть.
Генри почувствовал себя неловко — значит, причиной столь большого количества гостей стал он. Но Джоанна не злилась на него, хоть ей и пришлось готовить большой званый обед вместо скромного семейного застолья. Она всучила Полу самое большое блюдо и заставила мужа накрывать стол и носить тарелки, пока сама заканчивала с закусками.
— Ни о чём не беспокойся, дорогой, — приободрила его хозяйка, — возьми в холодильнике пиво и иди во двор. Все собрались у бассейна. А если ты захочешь искупаться, вся женская половина семейства Гитисов тебе только спасибо скажет. — Она весело ему подмигнула и рассмеялась.
Генри достал охлаждённый Budweiser и вышел на улицу. До этого утра он не был знаком c другими членами семьи Пола, кроме самых близких, хотя и часто бывал у него. Поначалу было неловко, но потом Генри выяснил, что с одним кузеном Пола, Адамом, он в одно время служил в Афганистане. Разговор завязался сам собой. Они долго вспоминали службу, обсуждали в какой армии, США или Великобритании лучше сухпаёк и жёстче командиры. Разговор их так увлёк, что они не услышали, как Джоанна позвала их в дом.
— Два? У меня пять ранений, — будто пытаясь перещеголять Генри, сказал Адам.
— Не знал, что это соревнования, — усмехнулся Войт. Кузен Пола ему понравился, хоть и был малость заносчивым.
— На правой ноге не хватает трёх пальцев. И вот, — Адам повернул голову, — нет мочки. Просвистело рядом. Клянусь, на той пуле было написано моё имя, но что-то меня отвлекло и прошла по касательной, оттяпав сантиметр плоти.
— Простите, что прерываю ваш удивительный разговор о ранениях, но Джоанна уже дважды звала вас к столу, — обратился к ним приятный женский голос. Генри обернулся и увидел перед собой привлекательную молодую женщину. Высокая, статная, с длинными тёмными волосами и карими глазами, она была одета в чудное голубое платье, подчёркивающее её мягкий калифорнийский загар. Она заметила заинтересованный взгляд Войта, ведь он не мог припомнить, чтобы их знакомили.
— Марта! — воскликнул Адам и обнял женщину. — Генри, познакомься. Наша младшая кузина Марта.
Девушка неожиданно протянула руку для рукопожатия, и Генри ответил на него.
— Простите за опоздание. Дела не отпускали даже в такой день, — произнесла она с улыбкой.
— Марта у нас ведёт бизнес одной калифорнийской винодельни, — объяснил Адам. — Прекрасно разбирается в вине. Так что, если понадобится помощь в выборе бордо к мясу, обращайся к ней.
Генри кольнуло от воспоминаний о ещё одной девушке, которая выбирала вино для стейка на его кухне, но он тут же отмёл их, переключив своё внимание на зардевшуюся от похвалы Марту. Они втроём прошли в дом, и Генри не отрывал взгляда от лёгкой походки девушки. На неё было невероятно приятно смотреть. Все её движения были плавны и выверены, будто она заранее их отрепетировала. Джоанна рассадила их так, что Войт и Марта оказались друг напротив друга. Так он мог открыто ей любоваться, что, кажется, только льстило девушке.
За столом все живо переговаривались, хвалили стряпню хозяйки, расспрашивали, что новенького у каждой семьи, и только эти двое молчаливо ловили взгляды друг друга. Каждый заметил их игру в "гляделки". Пола, как опекуна Марты после смерти её родителей, немного беспокоила их взаимная симпатия. И, хоть она уже давно вышла из-под его опеки, он каждый раз чувствовал за неё ответственность. Конечно, Марта давно уже была взрослой женщиной со своей головой на плечах и наверняка понимала, какое впечатление она производит на мужчин своей эффектной внешностью и утончёнными манерами. А то, что она произвела его на Генри не было сомнений ни у одного человека, сидящего за столом.
К вечеру, когда все стали понемногу расходиться, Марта внезапно обратилась к Генри.
— С моей стороны не будет слишком нагло, если я попрошу тебя проводить меня до дома? — она легко прикоснулась к его предплечью и заглянула в глаза. Её зрачки расширились, она покраснела и кокетливо закусила губу. По телу Генри тут же прокатилась жаркая волна, ведь в её взгляде сквозило неприкрытое желание. Он попросил машину у Пола и тот нехотя дал ему ключи, не потому что было жалко отдавать машину, а потому что он чувствовал, что ночью Войт не будет как обычно ночевать в их гостевой спальне.
Почти всю дорогу до дома Марты, они не проронили ни слова, но в машине стояло такое сладкое напряжение, что, казалось, дрожал сам воздух между ними. Конечно, она пригласила его в дом под предлогом выпить вина. Конечно, они оба старались делать вид, что не думают о том, чем на самом деле хотели бы заняться друг с другом, когда распивали за барной стойкой бутылку Каберне.