Как на грех, урожай в этом году был на редкость богатым. Усугублялась проблема и тем, что на сей раз призыв на королевскую службу запаздывал, а находиться в лесу становилось все более опасно из-за активизировавшейся нечисти. Во-вторых, приближалась осенняя ярмарка, и люд ломал голову, как выручить побольше денег за свои товары и утаить их от сборщиков налогов.
Все это вылилось в то, что все подростки и дети старше пяти лет были мобилизованы для оказания посильной помощи. Ребята постарше помогали в поле, а младшие целыми днями сидели на крышах домов или на деревьях и следили за дорогой. При приближении незнакомых лиц им наказали подать сигнал тревоги и предупредить. Были приготовлены многочисленные схроны, чтобы спрятать часть урожая. Село готовилось к любым неожиданностям.
На меня тоже навалилось много работы, нужно было приготовить препараты для маскировки домашних животных. Приходилось использовать лишь травы, так как при сборщиках налогов и людях, производящих реквизирование для нужд армии у населения продовольствия, состояли квалифицированные маги. Они были призваны выявлять случаи магического утаивания или маскировки. Легче вылечить животное, чем придать ему вид падали. Сколько мне пришлось помучиться, чтобы покрасить зубы лошадям, налепить на них струпья, неотличимые от настоящих! Бедным свиньям пришлось приготовить слабительное, а для того, чтобы отловить и измазать в мази кур, мне понадобилась помощь детворы. Каждый был рад внести свою лепту в дело сокрытия продукции, за которую взимали налог.
В то утро я специально освободила время, чтобы выкупать Буяна, прежде чем заняться его маскировкой. Если Серко выглядел довольно непрезентабельно, то караковый красавец вызвал бы вполне обоснованное желание какого-нибудь офицера забрать его у меня. Представить его под седлом чванливого аристократа было тяжело. Несмотря на то, что этот конь тяготил меня, я не желала видеть его в чужих руках. Тем более, я уже знала, кому нужно подарить животное. Даже бабушка не будет возражать против этой кандидатуры!
На заре я проснулась, оделась в приготовленные с вечера штаны и рубашку, что еще остались от брата, и вышла на улицу. Было довольно прохладно, и мне пришлось накинуть еще и курточку. Когда подошла к дому Витека, куда я все же отвела своих питомцев по совету Кота где-то через месяц после приезда бабушки, то постучалась в ворота. Почти сразу они распахнулись, пропуская меня. Поздоровавшись с Витеком, я пошла к сараю, где обитали кони. Оба красавца потянулись поприветствовать меня. Я погладила Серко по морде, извинившись, что не могу сейчас с ним погулять. Надев недоуздок на каракового, я направилась к выходу, ведя его за собой. Когда Буян проходил мимо обиженного конька, то тот попытался укусить соперника, но получил презрительный удар хвостом.
Все утро прошло в купании Буяна в холодной реке, чтобы маскировка, которую собиралась на него наложить, смотрелась ровно и естественно. Замерзли оба. Вернуться в село я решила верхом. Поскольку седла не было, пришлось сначала найти подходящий валун, и уже с него перебираться на спину коня. Буян выносил стоически мои неуклюжие телодвижения, хотя на морде ясно читалась мировая скорбь от факта, что он попал именно в мои руки.
Возвращались мы медленным шагом, так как я без конца съезжала то с одной стороны, то с другой, и лишь чудом не сваливалась. Однако, когда до села нам оставалось где-то полпути, начался сильный дождь, и по дороге побежали ручейки. Я моментально промокла. Буян немного прибавил шаг. Когда мы приблизились к развилке, недалеко от околицы, мимо нас, обрызгав грязью с головы до ног, промчался вороной конь. Его всадница даже не обратила на нас внимания.
От такой наглости Буян мгновенно обозлился и пустился вскачь. Я вцепилась в гриву, мечтая лишь о том, чтобы не свалиться под копыта. Все мышцы у меня сразу же заныли, холодный пот ручьем тек по спине. Я уповала только на чудо. Я и так не великая наездница, а тут без седла, с жалким недоуздком в руке...
Всадница на вороном пришпорила коня, то ли специально, то ли просто спешила,. Буян тоже увеличил скорость, стремясь нагнать соперника. От страха я не замечала ничего вокруг, и когда караковый остановился около таверны, я уже была готова попрощаться с жизнью. Кто из лошадей пришел к "финишу" первым, для меня так и осталось загадкой, потому что последние несколько минут я ехала, зажмурившись и понадеявшись, что у Буяна все-таки хватит ума самому выбрать направление. Ни о каком управлении животным речи не шло вообще.
Все, больше я в жизни не сяду на эту скотину! Как только приду в себя, избавлюсь от него. Отдам кому угодно. Глаза бы мои его не видели.
