Я огляделась по сторонам, Кот оказался прав. Судя по количеству народа, здесь действительно собралось почти все село. Вот, немного в стороне и матушка с ухватом наперевес, а рядом, в компании подружек, Иллина. То тут, то там виднелись знакомые лица. Это что же получается, все село участвует в... так сказать, общественном мероприятии, а я ничего не знаю! Бабушка даже из дома тайком от меня выбралась.
Меня захлестнула обида. Однако, присмотревшись, я вдруг заметила, что молодых парней в толпе очень мало, хотя они первыми должны были принимать деятельное участие.
-- А где же парни: Никита, Антон и другие? И Богдана я чего-то не вижу, - удивилась я.
-- Так осень почти уже наступила, - ухмыльнулся Кот. Видя, как я недоуменно хлопаю глазами, пояснил. - Скоро должны приехать люди Государя, в армию вербовать. Вот они и прячутся подальше от дома, чтобы в армию не забрали. Кто же хочет двадцать пять лет в армии служить.
За разговором мы не заметили, как вокруг наступила относительная тишина. На середину площади кто-то выкатил телегу, на которую с кряхтением влез Влас, в настоящий момент исполняющий обязанности старосты. Громко прокашлявшись, он попросил слова и начал:
-- Уважаемые соседи! Вот уже некоторое время мы знаем о странностях, происходящих в нашем селе. Многие уже в курсе, что по ночам бродит то ли упырь, то ли зомби. Больше так дальше продолжаться не может. Поэтому сегодня ночью мы начинаем охоту на нечисть.
-- Нежить, - поправил кто-то из толпы.
-- Правильно, нежить, - кивнул староста и продолжил. - Прежде всего, я предлагаю удалить из числа охотников молодых девушек и детей. Известно, что нежить предпочитает есть именно их.
Упомянутые девушки возмущенно запротестовали, но их недовольство было проигнорировано. Почти сразу же нашлись желающие увести их под конвоем и охранять до рассвета.
-- А где Верена? - громко спросил староста, когда дети и подростки были удалены.
-- Бедная девочка весь день работала, утомилась и пораньше легла спать. Уж больно сладко она спала, даже будить не хотелось, - поспешно сказала бабушка. Матушка, в кои-то веки, бросила на нее одобрительный взгляд.
-- Жаль, очень жаль. Я думал, она нам поможет, - огорчился он.
-- Я здесь, - откликнулась я.
-- Отлично. Ты нам как раз и нужна.
-- Чем я могу помочь?
-- Будешь приманкой для нежити, - после этих слов я очень пожалела, что не осталась дома.
Что тут началось! Мама с бабушкой, на время оставив взаимные обиды, вдвоем накинулись на старосту, чтобы заставить того отказаться от этой мысли. В ход пошел весь их богатый арсенал уловок - скандал, слезы, уговоры и даже рукоприкладство, но староста был неумолим. Вытирая расцарапанное в кровь лицо платком, он торжественно пообещал родным, что со мной ничего не случится.
-- Если на Верену нападут, то я вас всех убью, - мрачно оглядывая передовой отряд "охотников", заявила мама.
-- А я ей помогу, - добавила бабуля, потрясая скалкой.
Отчиму стоило большого труда увести их в дом, где они решили подождать окончания ночи. Иллина мне потом рассказывала, что обе родственницы успокаивали свои нервы стаканчиком ликера, которым отчим пропитывал пирожные. Когда на столе стояли уже две пустые бутылки, они пришли сразу к нескольким выводам: во-первых, мужчины не в состоянии понять материнское сердце; во-вторых, что я выросла слишком упрямой, и в этом надо винить отца; в-третьих, ремень - это самый действенный метод воспитания, к сожалению, применение которого было проигнорировано в моем детстве. Там было еще что-то, но дальше сестрица не разобрала, так как диалог постепенно перешел сначала в бормотание, а затем в легкий храп.
Примерно через час план охоты был всесторонне рассмотрен и утвержден, охотники разделились на небольшие отряды. Пора было выступать.
-- Чаще всего этого упыря, или кто он там, видели недалеко от дома Валиссы. Вот оттуда и начнем, - давал мне указания староста. - Ты... эта... не только на виду ходи, еще неплохо бы и в темные переулки заглядывать.
-- Как это, по темным переулкам? - с дрожью в голосе переспросила я.
-- А где, ты думаешь, нежить-то ловить? Да ты не бойся, - успокаивал он меня, - мы тут рядышком будем. Ежели что, выручим.
И вот я половину ночи ходила по селу в надежде выманить из укрытия упомянутую нежить, шепотом кляня ее и свое любопытство. По моему мнению, ни одна здравомыслящая нежить не высунется из своего логова, если знает об облаве. Тем более, что не услышать топот и сопение за моей спиной мог только глухой. Несмотря на то, что обещанная помощь и в самом деле была рядом, мне неожиданно пришло в голову, что рядом с оборотнем было бы спокойнее. С возмущением я попыталась выкинуть эту мысль из головы, но она всего лишь спряталась где-то в глубине души. Затем я поймала себя на том, что оглядываюсь, не окажется ли рядом этот тип, но никого, кроме меня самой и "охотников", поблизости не было.
