Но стоило мне только посмотреть в глаза своей малышке, то понял, что она уже сто раз пожалела о своем необдуманном поступке. Все чувства мигом притупились, остался лишь инстинкт – защитить свою любимую женщину любой ценой. Даже ценой своей жизни.
Когда тесть стал приближаться к нам, я почувствовал рядом плечо. Быстрого взгляда хватило, чтобы понять, что Санек со мной и не предаст.
– Павел Юрьевич, не трогай девчонку. Она будет молчать, это тебе Костян может гарантировать. Не бери на душу грех. – я был благодарен другу.
– А ему не привыкать невинных убивать! – слова Ольги заставили нас всех посмотреть на нее, а потом перевести взгляд на тестя.
К слову сказать, реакция мужчин не заставила себя долго ждать. Он весь вытянулся, в глазах на секунду промелькнул боль, а потом обернулся и посмотрел на дочь.
– Это был выбор твоей матери. Я не виноват в ее смерти. Понимаешь, не виноват.
– А кто тогда, пап? Кто? – из глаз жены хлынули слезы.
Миша, сидевший все это время молча попытался встать. Видно, хотел утешить дочь босса, но веревки оказались слишком крепкие. Ольга, увидев жалкие попытки своего любовника выбраться, лишь бросила на него пренебрежительный взгляд.
– Дочка, я же тебе миллион раз говорил, что это был несчастный случай. – тесть подошёл к Оле, но вопреки моим ожиданиям даже не обнял дочь. Либо моя жена резала по больному, либо вся безудержная любовь отца к дочери была лишь игрой. Павел просто стоял и смотрел на дочь, не предприняв ни одной попытки успокоить ее. – Разве я не доказал тебе своей любовью, разве ты не видишь, что я на все готов ради тебя? Ведь ты ее кровь, ее продолжение. Хочешь, я уничтожу твоего Костика? Он, конечно, мужик рукастый и головастый, но ни заменимых нет.
– Зачем, пап? За что его убивать? – Оля уже билась в истерике, а я не знал, как поступить. Если я пойду к Ольге, чтобы забрать из ее рук и без того напуганного ребенка, то получается оставлю Иришку, а она может воспринять это как очередное предательство. Отправить за Варей Санька – не факт, что напуганная девочка пойдет к чужому мужику и не испугается еще больше.
– Иди, забери у Ольги девочку. Малышка боится. – услышал я за спиной и выдохнул с облегчением. Я всегда знал, что мы с Иришкой на одной волне. На губах промелькнула улыбка, даже несмотря на тяжесть обстоятельств. Любимая совершенно не изменилась, она, как и раньше готова помочь нуждающемуся, и я был этому рад. Значит, ее сердце не стало черствым даже после пережитых неприятностей.
Коротко кивнув, я направился в сторону семейки. Стоило мне сделать пару шагов, как Сашка встал прямо перед Ирой, спрятав ее полностью за своей спиной. Я шел не спеша, не привлекая к себе лишнего внимания. И когда я подошел близко и протянул руки к девчушке, то услышал крик:
– Не смей прикасаться к моему ребенку! – я аж воздухом подавился.
Ирина.
Стоя за спинами шикарных мужчин и слушая диалог это ненормальной семейки, я все думала об ангелочке, которого Ольга держала на руках. Аккуратно выглянув из-за спин мужчин, я увидела испуганные глазки малышки. Она не кричала, не проронила ни слезинки, но весь ее вид показывал, как сильно ей страшно.
Я нутром почуяла метания Кости. Он не знал, как лучше поступить, переминался с ноги на ногу, сделал шаг вперед и возвращался на место, сжимал и разжимал кулаки. Наверно думал, что я обижусь, если он оставит свой пост моего телохранителя, и поэтому решила прийти на помощь мужчине, решить его дилемму.
– Иди забери у Ольги девочку. Малышка боится. – Прошептала, подойдя к бывшему почти вплотную. Ощутила жар его кожи, почувствовала, как мышцы напряглись, и я испытала неимоверное удовольствие. Хотелось забыть все и всех, окунутся в объятия Кости, вернуться хотя бы на один короткий миг в прошлое, испытать забытые чувства и эмоции, но я не могла позволить себе эту слабость. Боль от предательства никуда не делась. Да, многие мотивы в поведении бывшего мне стали понятны, некоторые я даже понимала и принимала, но забыть все и подпустить мужчину к себе близко я не могла.
Костя ушел, а Александр занял полностью все пространство передо мной. Словами не передать, как я была благодарна мужчине.
– Спасибо. – почти беззвучно произнесла я и положила руку на плече Саши. Он дернулся от прикосновения, кивнул и продолжил стоять передо мной словно статуя.
– Не смей прикасаться к моему ребенку! – услышала я чуть ли не крик Миши. Мне стало так противно. Ведь до недавних пор, муж не особо-то и интересовался малышкой, а сейчас кричит как ненормальный. Видно, перед Олиным отцом покрасоваться решил, только думаю, на депутата это особо впечатления не произведет.
– Слушай, Миш, сиди и помалкивай. Что-то до этого момента ты особо крохой не интересовался. Твои редкие приходы и двадцатиминутные прогулки, я вообще в расчет не беру. – Костик пытался казаться спокойным и равнодушным, но я видела, как сжались его руки в кулаки.
Ольга не без колебаний отдала малышку бывшему в руки, а малышка прижалась к мужчине, видно, ощущала от него защиту, доверяла ему.
