Дыхание от напряжения затрудняется, на лбу проступает пот. Снова и снова она поднимается и опускается.
Снова и снова.
Забытье, которое наступит вместе с оргазмом, заглушит голоса в голове.
Сотрет ощущение пустоты в животе, оставшееся даже после ужина.
Рассеет тень газеты, что она видела в поезде, и заголовок, от которого она отворачивалась.
Она знает, что, если растворится в нем, если оргазм вытеснит из головы все мысли, она забудется на несколько секунд и слезы перестанут течь.
– Осторожно.
Она делает ему больно.
Она и себе делает больно. Но это самый быстрый путь к бегству от реальности.
Утром она соглашается отправиться с ним на прогулку. Чтобы угодить ему. Загладить вину за свои мрачные мысли.
Зашнуровывая походные ботинки, Алекс заверяет Рут, что ее кроссовки тоже вполне подойдут. Рут держит его за руку, слушается во всем. Так проще, думает она. Лучше не принимать решения: если что-то пойдет не так, отвечать не ей.
– Сюда.
– Шире шаг.
– Не отставай!
Ее успокаивает такое покровительство. Ей нравится, что ее опекают.
Под мелким дождем волосы Алекса курчавятся; он раскраснелся и поэтому выглядит моложе. С чувством огромного облегчения она берет его за руку, когда он помогает ей перебраться через перелаз на поле, где пасутся овцы. Она не думает ни о чем, кроме того, чем они заняты сейчас.
Алекс смешит ее. В шутку выступает от имени овец, выражая их суждения о людях, проходящих через их пастбище.
На обед они заходят в паб, в котором Алекс бывал прежде. Он заказывает им обоим по пинте пива и по завтраку пахаря [4], не спрашивая, чего бы хотелось ей, словно читает ее мысли.
Рут наблюдает за ним. Он стоит у барной стойки – стройный, спина прямая. Непромокаемую куртку он снял, и видно, что футболка сзади, в том месте, где рюкзак прижимал ее к телу, промокла от пота. За обедом он рассказывает ей, как бродил по этим самым вересковым пустошам в прошлый раз. Она кивает, улыбается в нужные моменты. Довольно странно слушать, как он был в точно такой же поездке со своей бывшей женой, но Рут его не прерывает, ведь рассказывает он интересно.
Перед уходом, когда они уже надели куртки, собираясь выйти под серое послеполуденное небо, Алекс идет в туалет, и Рут, воспользовавшись случаем, прячет под скомканную бумажную салфетку на своей тарелке маринованный лук, к которому она не притронулась: если на обратном пути дойдет до поцелуев, запах изо рта будет совсем ни к чему.
В субботу вечером они читают. Садятся в разных уголках небольшого диванчика, вытягивают ноги на середину, переплетают их, ступнями упираясь в живот, в грудь, в подмышку. На Алексе очки в тонкой оправе. Время от времени, не отрываясь от чтения, он наклоняется и целует ногу Рут.
Она поднимает глаза от книги, наблюдает за ним.
Он с интересом читает что-то историческое, она погружена в новый роман – продирается сквозь паутину слов о переплетенных судьбах. И у нее неожиданно возникает вопрос: были бы они так же увлечены чтением, если бы поменялись книгами? В груди ноет, когда она понимает, что в этом случае они оба наверняка сразу бы уснули. Рут прогоняет эту мысль, когда Алекс снимает с нее один носок и целует ее лодыжку.
На обратном пути в Лондон Алекс держит ее за руку, продолжая читать.
Рут свою книгу закончила и теперь смотрит на мир, мелькающий за окном поезда. Настроение у нее благодушнее, чем было четыре дня назад. Из-за движения поезда кажется, что она куда-то стремится, хоть и сидит на одном месте. Ей всегда хотелось отправиться в долгое путешествие по железной дороге, пересекая континенты по земле, увидеть пейзажи, которые разворачивались бы перед ней, пока она едет из одной страны в другую. Она всю жизнь мечтала проехать по Транссибирской магистрали. Подростком составляла на домашнем компьютере с проводным интернетом маршрут и смету долгого путешествия из Санкт-Петербурга в Пекин, через всю пустыню Гоби. Этому проекту она посвятила больше сил и времени, чем подготовке к экзаменам. Интересно, куда подевались все те ее таблицы, над которыми она так старательно трудилась? Таблицы, которые ей так и не пригодились. Она забыла про них летом, посещая фестивали вместе с Фрэн, экспериментируя с наркотиками и подолгу ожидая телефонного звонка от идиота Сэма.
Ей так и не довелось попутешествовать столько, сколько хотелось. Да, она бывала в Европе, но всегда хотела увидеть больше: побывать на сафари в Африке, посмотреть пингвинов в Патагонии и китов у берегов Новой Зеландии.
Она представляет, как вместе с Алексом плывет на корабле через Атлантику в Америку, как они на автобусах и поездах неделями колесят по континенту, посещают всякие экзотические края, где ей всегда хотелось побывать, например Бразилию.
Ее рука потеет в ладони Алекса, когда она думает, что из-за его отказа летать самолетами она никогда больше не увидит землю с высоты облаков. Никогда больше не будет с удивлением отмечать, сколько в южной Англии открытых бассейнов.
