Чем закончится для меня эта гонка? Знает только Бог. Но он не делится своим знанием даже с теми, кто в него верит, что уж про меня говорить? Ну, стану ездить на «Бентли» (а он мне нужен?) и водружу (тут необходим термин, передающий всё величие этого события) в туалете золотой унитаз. Цифровой, конечно, как сейчас модно. Он не только будет работать как часы, но и время станет объявлять. Порадуюсь, глядя на блестящее чудо техники… дня три. А потом надоест любоваться, и начну использовать его по тому же назначению, что и фаянсовый. В конце концов заработаю десять миллиардов, а затем попадусь на том, что не заплачу налоги с десяти миллионов, и в итоге, если не получится откупиться, угожу в тюрьму. И это — то, к чему я стремлюсь? Мне так хочется прожить свою жизнь?

Моя проблема в том, что я не могу жить только для себя, для собственного удовольствия. Возможно, советское воспитание оставило во мне более глубокий след, чем представляется мне самому. А может, всё дело в генах, кто знает? Но я не понимаю людей, исповедующих принцип: «Живи для себя!». Ну не могу я жить для себя!! Не могу, и всё. Я должен жить для чего-то или кого-то, только в этом случае может наступить та самая гармония, которую я считаю счастьем. Поэтому бесконечная погоня за деньгами — не для меня. Пусть этим видом спорта занимаются другие, если им хочется. Не зря говорят умные люди: всех денег не заработаешь, всю водку не выпьешь, всех женщин… гм… и это тоже не получится!

Хорошо, что я это наконец понял. «Я теперь скупее стал в желаньях»… Наверное, я вступаю в пору зрелости: с возрастом, хотя ума и не прибавляется, но прибавляется мудрости. А она начинается там, где заканчиваются амбиции. Философия это вообще возрастная «болезнь» — поэтому жизнь рано или поздно всех нас делает философами.

В какой-то мере я завидую нашим предшественникам. Конечно, что и говорить, они жили в тяжёлые времена. Но у них была Идея. Это слово надо писать с большой буквы, учитывая её глобальный масштаб и мессианскую сущность — идти в авангарде человечества и указывать ему путь в светлое будущее. Можно сколько угодно иронизировать по этому поводу, но граждане СССР верили в ту Идею, хотя каждый, возможно, понимал её по-своему. А решающее значение для успеха любого проекта имеют не столько объективные условия, сколько то, во что люди верят. «Вера есть особенная сила государственная», как говорил Карамзин. В те времена люди не просто банально зарабатывали себе на жизнь, они сознавали, что своим трудом крепят Державу и творят Будущее для своих и чужих детей. Поэтому жизнь приобретала для них особый смысл. Поэтому они и смогли совершить то, что нам — потомкам, недостойных их величия, было бы не под силу.

У нашего поколения нет идеи, ни большой, ни маленькой, и мы работаем только на себя. Не видно цели, ради достижения которой можно было бы, как нашим предкам, идти на жертвы, терпеть и превозмогать. «Бери от жизни всё!», «Не дай себе засохнуть!», «Оторвись по полной!» — какие задачи ставятся перед людьми, такой и получается результат. Жизнь наша, по большому счёту, лишена смысла. Какую идею мы преследуем в бесконечной погоне за деньгами и «успехом»? Ещё неизвестно, кто более успешен — Вадим со своим «английским» сыном или Клавдия, у которой трое прекрасных детей.

Дети — это единственное, ради чего следует жить в наше безыдейное время. Только они могут придать жизни смысл. С точки зрения матери-Природы (если у неё есть точка зрения и мы способны её понять) единственное предназначение человека, как и любого другого живого существа, — оставить потомство и тем самым обеспечить дальнейшее существование своего вида. Всё, вокруг чего мы мельтешим и суетимся на протяжении всей жизни — карьера, накопление материальных благ, борьба за влияние и власть — в конечном счёте служит достижению этой цели, поставленной перед человеком Природой.

В наше негероическое, бездуховное и безыдейное время рождение и воспитание ребёнка как раз и может стать той Идеей, бескорыстное служение которой наполнит смыслом моё существование. Подспудно я чувствовал это уже давно, но только сейчас понял со всей определённостью. Наверно, я достиг возраста, когда мужчина задумывается о своём предназначении. Ведь незаметно может подкрасться старость — период жизни, когда смогу купить себе всё, что захочу, но… ничего не буду хотеть!

Перейти на страницу:

Похожие книги