У нее слегка сжалось сердце. Он не лез в душу. Не расспрашивал. Она не знала, что сказать. Но именно так отец показал ей, что все заметил. Заметил, что что-то произошло. Рикк Кросс – самый лучший отец в мире. Когда вся пресса трубила о смерти Отэм от передозировки наркотиков, он стал ее главным союзником и утешителем. То же самое сделал для Виолетты, когда скандал с ее сексуальными видеозаписями вызвал интерес прессы. Рикк Кросс не щадил людей, обижавших его семью. Он возил Розу к родителям подруги. Часами вел с ними успокаивающие беседы, но не позволял обвинять дочь в случившемся. И когда пресса начала совсем уж лютовать, он быстро все организовал и увез ее. Ей повезло, что у нее такая семья. Она придала сил, позволила выстоять. Может быть, пришло время снова посмотреть на себя со стороны, начать доверять своей интуиции?
Отец сказал, что ему нравится Уилл Картер. Уилл друг Виолетты. Она узнала его лично, он сильно отличался от того, о котором писала пресса.
Она быстро обняла отца.
– Это будет чудесный браслет. Я постараюсь. Не волнуйся, папа. Можешь мне довериться.
Он чмокнул ее в щеку и хитро посмотрел.
– Я всегда тебе доверяю, Роза. – И, пройдя через кухню, остановился в дверях. – Роза? – Она подняла голову, он с грустной улыбкой добавил: – Когда ты знаешь, ты просто это знаешь.
Сто шесть электронных сообщений. Вот сколько ему предстоит прочитать. Уилл простонал и опустил голову на руки, теряя контроль над собой. Он не мог сконцентрироваться, сосредоточиться. Голова была занята Розой.
Его переполняло чувство, возникшее вчера на свадебной ярмарке. Слова, сказанные Рикком Кроссом в день их знакомства, эхом звучали в голове. Когда ты знаешь, ты просто знаешь. Но не только слова. Был еще взгляд. Рикк посмотрел на Шерри. Связь между ними. У него такого раньше никогда не было. Только сейчас с Розой. Он не винил ее. Правда не винил. Что бы он почувствовал сам, если бы Роза была помолвлена с кем-то раньше? Ему еще повезло, что она согласилась остаться с ним в одной комнате. Но не думать о ней и своих чувствах не мог. Не забывал о ней ни на секунду. Он посмотрел на календарь, подошел к окну. Остров прямо перед ним, отсюда виднелась крыша церкви. Внутри его что-то забрезжило. Появилась идейка. Дикая. Сумасшедшая.
Если бы он рассказал об этом Виолетте, она, вероятно, заморозила бы его в ванне со льдом. Если бы рассказал Розе, она визжала бы от счастья…
Впервые Уилл почувствовал, что может представить, как будет стариться рядом с кем-то. Это должно было напугать. Однако в груди разлилась теплота.
И тут идея полностью оформилась в голове. Только нужно кое-что сделать. Об этом никто не должен знать. И это может изменить всю его жизнь.
Роза положила телефон и опустила голову на стол.
– Неужели все так плохо? – В дверях стояла Виолетта, скрестив руки и смеясь.
– Даже хуже, чем ты думаешь.
Виолетта взяла газету. Сначала пораженно открыла рот, потом фыркнула и расхохоталась. К тому времени, как Роза подняла голову, Виолета вытирала слезы, выступившие от смеха.
– Я пришла сказать, что Уилл только что припарковался у дома. Спорим, ты ждешь его, чтобы рассказать о списке испытаний. Ужасно хочется посмотреть, какое у него будет лицо.
– Правда? – Она надеялась, что Виолетта шутит. – Тогда расскажи сама.
– Ну нет, детка. Это твоя работа.
Роза слышала, как в коридоре раздались голоса, сестра явно встретила Уилла. Через несколько минут он появился в дверях с побелевшим лицом.
– О нет. Что они там напредлагали?
– Лучше сядь.
Она со вздохом подвинула ему газету и осторожно начала:
– Хорошая новость – неподдельный интерес со стороны СМИ.
– А плохая?
– Тебе может не понравиться. – Она кусала губу. – Дело в том, что газеты уже знают об этих испытаниях. Так что мы не можем их изменить.
– Зачем менять? Или это опасно для жизни?
Она отрицательно мотнула головой:
– Нет. Нет. Одно из условий – ничего смертельно опасного.
– Пожалуйста, скажи, что ты шутишь.
– Не могу.
– Спрыгнуть в Темзу с Тауэрского моста?
Роза попыталась не улыбаться. Несомненно, прессе будет о чем писать все эти дни. Не говоря уже о телевидении и других СМИ. Она организовала интервью со всеми экс-невестами. Это может оказаться самой успешной пиар-кампанией, которую она когда-либо организовывала.
Уилл был прав. Три из четырех бывших невест милые. И даже Мелисса начала отходить, готовиться к телеинтервью и, казалось, была совершенно счастлива от этого.
– Одеться в гладиатора и весь день ходить в таком виде по Пиккадилли-Серкус? Надеть стринги и целый день провести в отделе женского белья? – Его голос становился все неувереннее по мере того, как он читал предложения.
Роза не удержалась и засмеялась:
– Эти два от Энжи и Марты. Они явно придумали их для смеха, а не для холодной и жгучей мести.
Эти две бывшие невесты уже были замужем и имели детей. Они с радостью согласились помочь провести благотворительный аукцион и явно веселились, придумывая задания. Обе оказались милыми и довольными жизнью.
