Граната по пологой дуге пролетела над гаражом и взорвалась. В небо ударил фиолетовый фонтан, больше всего похожий на чернила. Но зловещее чавканье раздавалось уже со всех сторон, а гранаты у Пошты, как ни прискорбно, закончились.
Отряд снова бросился бежать. Впереди бежал профессор, причем с таким видом, как будто знал дорогу. Матросы отстреливались, Пошта держал в поле зрения запаниковавшего Костю.
– Сюда! – махнул рукой профессор.
Он вывел их на набережную коктебельской бухты – и тут выяснилось, куда подевалось все население Коктебеля. Сотни, если не тысячи людей слонялись по каменистому пляжу, а вместо лиц у них были все те же кальмары, присосавшиеся к глазам, ушам и рту. Только эти кальмары, в отличие от виденных ранее, были живые и жадно пульсировали. Люди же бродили, точно зомби, ничего не видя и натыкаясь друг на друга.
В море раздался плеск, и над горизонтом взметнулось еще одно щупальце, больше всех прежних – диаметром метров пять и метров сто в длину. Выгнувшись вопросительным знаком, щупальце, точно перископ подводной лодки, покрутилось из стороны в сторону и безошибочно указало на отряд Пошты.
Все это происходило в полной тишине, завораживающе-гнетущей. Но Пошта почувствовал странную вибрацию в черепе, и волоски на затылке зашевелились – как тогда, в Советском, где погиб Штемпель, а мутанты-нетопыри обменивались ультразвуковыми воплями.
Пораженные кальмарами-мозгоедами коктебельцы развернулись и почти организованным строем двинулись на отряд. Благо скорость передвижения у них была крайне низкая – из-за плохой координации движений.
– И куда вы нас завели, профессор? – поинтересовался Пошта, меняя магазин в автомате.
– Тут рядом дом Волошина… – запыхавшись, ответил Кайсанбек Аланович. – Был такой хороший поэт, – пояснил он, упреждая очередное «чиво» от Кости. – И дом у него славный, почти крепость, можно отсидеться, пока твари не уберутся обратно в море. Только до него надо еще добраться.
– Ну ладно, – сказал Пошта. – Попробуем. Очередями не стрелять, патроны экономить. Цельтесь не в голову – туда тяжело попасть, а в тазовую кость. С разбитым тазобедренным суставом даже эти твари не смогут двигаться.
Под канонаду одиночных выстрелов отряд медленно продвигался по набережной. Стреляли только в тех зомбаков, что подбирались слишком близко. Одного коктебельца по неосторожности подпустили почти вплотную, и кальмар, присосавшийся к его голове, внезапно отлепился и прыгнул, метнув реактивную струю чернил, прямо на лицо Воловику.
Если бы не Костя и его верный бумеранг – быть бы матросу еще одним источником протеина для морских гадов. Остро отточенный бумеранг рассек летящую тварь напополам. Завоняло страшно – как тухлыми яйцами.
Костя брезгливо подобрал изгвазданное оружие и пробормотал услышанное от профессора слово:
– Тентакли…
Пошта сделал себе отметку в памяти – поинтересоваться, что это значит.
Наконец, они добрались до пресловутого дома Волошина. Это оказался довольно-таки большой особняк на набережной, который, похоже, строился в несколько приемов. По крайней мере, архитектурных стилей в нем было намешано много. Тут тебе и шестигранная башня из песчаника, и классическая коробка из кирпича, и высокие стрельчатые окна, и пафосный фасад с колоннами, и балконы с наружной лестницей…
– Внутрь, скорее! – скомандовал Пошта, заметив, как подтягиваются поближе зомби, за которыми уже маячили щупальца выбравшихся на землю гигантских осьминогов.
Они едва успели заскочить внутрь и захлопнуть за собой тяжелую дверь, как в нее грузно врезалось щупальце размером с грузовик.
– Ну, профессор, загнали вы нас в угол, – сплюнул Пошта. – И как теперь будем выбираться? Сейчас эта гадина весь дом обхватит своими щупальцами. Воловик, Зиняк, Костя! Марш баррикадировать окна!
– Если я правильно понимаю, и если фольклор не врет, морские гады не очень любят ультрафиолет. То бишь солнечный свет и крымская жара им не по нраву, – заявил профессор авторитетно. – Так что надо просто немного обождать, и они уберутся обратно, к себе, в глубины Черного моря.
– Ну-ну, – скептически процедил Пошта. – А если не уберутся?
– Тогда мы что-нибудь придумаем, – беззаботно махнул рукой профессор, которого в данный момент безраздельно занимала экспозиция дома-музея. – Костя, дружочек, когда освободишься, я дам тебе почитать великолепные стихи, – причитал Кайсанбек Аланович, водя пальцем по корешкам книг в шкафу. – Это первые издания, с автографом автора!
С улицы донеслись выстрелы.
– Так, – нахмурился Пошта. – Это еще что такое? Зомбаки научились стрелять? Или в городе есть кто-то еще?
– Больше похоже на второе, – кивнул Воловик.
– А я говорил, что за нами кто-то идет! – встрял Костя.
– После плоскогорья змей и бомбежки с летучего города вряд ли этот кто-то остался бы в живых, – сказал Пошта. – Наверное, случайно кто-то забрел.
