Поднявшись, Бес поспешил вернуться в зал, к столу. Глянув в сторону ниши, он убедился, что девушку отсюда было трудно заметить. Двери в зал распахнулись настежь, и внутрь вбежали пять человек из королевской стражи, а следом за ними шел сам Мастер над Хранителями с застывшей ухмылкой на лице.
– Ваше величество, с вами все в порядке? Нам нужно срочно покинуть дворец! – бросился к нему командир стражи. – Идемте же! Поторопимся!
Ивалиран захлопнул за собой дверь, от чего стражники невольно вздрогнули. Бес перевел взгляд на Мастера. Серые глаза Рана зло просияли.
В эту же секунду нечто мощное ударило в пол под залом, по символу дома Фэро пошли трещины. Люди стали отступать на безопасное расстояние, но медленно обрушившийся потолок не оставлял безопасных мест. Только Бес стоял как вкопанный, глядя на Ивалирана и не узнавая его. Впервые он видел в нем не хранителя и даже не человека, а нечто иное. На правой стороне его лица от лба до подбородка расходились черные линии сосудов, в которых пульсировала темная субстанция. Правый глаз был абсолютно черным. Мастер снял с пояса этах и раскрыл его.
– Пришло мое время, ваше величество, – процедил сквозь зубы Ивалиран, делая пару шагов вперед. – Ваше правление окончено, наступает долгожданное и обещанное время перемен.
– Мастер?! Что вы такое говорите?! Мы должны уходить немедленно! – перегородил ему дорогу командир стражи. – Здесь опа… – Он не успел договорить, как острый клинок этаха проткнул его насквозь. Непонимающими глазами он смотрел на Ивали, не в силах осознать произошедшее. Медленно он осел на пол, и Мастер вытащил клинок, давая телу упасть.
Стражники на несколько секунд остолбенели от неожиданности, оттого мешкали, не зная, что им делать, – все они подчинялись Мастеру над Хранителями, но не могли позволить чему-либо произойти с императором хотя бы потому, что он такой же хранитель, как они. Через пару мгновений все четверо обнажили свое оружие и вышли вперед, закрывая собой Трезэ.
– Вы стоите в правильном месте, – кивнул Ран, вытирая кровь с этаха о тело убитого, – оттуда вам будет виден триумф акхэи. Еще чуть-чуть, и Источник станет ее обителью.
Бес нахмурился, вспомнив слова Эвалы о нескольких уровнях защиты священного потока.
– Он заражен ею… – прошептал один из солдат, – тьма коснулась перводуши Марса… она управляет Мастером… – качал он головой, отказываясь в это верить.
– Но как она смогла добраться до него? – спросил другой, во все глаза смотря на довольного собой и бездействующего Ивалирана. – Он никогда не…
– Значит, часть перводуши в Эваларин не заражена! – сказал его напарник. – И поэтому он хочет ее убить!
– Какие же вы… скучные, – тихо проговорил Мастер, смахивая с лица белоснежные волосы. – Моя сестра прежде всего предательница, пожелавшая нарушить заветы праотцев и предков, она избрала путь изменников Фэро и Храмовников… Она достойна смерти хотя бы поэтому. Что до ее души, – Ран провел пальцем по паре символов на рукояти этаха, и черный кристалл начал собирать энергию, – то ее ждут муки посерьезней ваших…
Бес мельком глянул в сторону ниши, мысленно умоляя Эваларин не показываться на глаза брату. Ситуация явно выходила из-под контроля и превращалась в самый страшный кошмар Хранителей. Не желая отступать, император снял с пояса свое оружие – двуручный этах, который обладал лишь одним лезвием, был массивнее, тяжелее и нес в себе куда более сокрушительную силу чем обычный клинок хранителей. Бес намеревался сражаться вместе со своими людьми. Как всегда. Лезвие его меча сияло желто-оранжевым светом, излучая тепло. Трезэ сделал шаг вперед, вынуждая стражу расступиться, пропуская его вперед.
– Эвала всегда видела в тебе это и боролась со злом в тебе всеми силами, – тихо сказал Бес. – Я не понимал почему, а она не могла рассказать. Теперь же правду видим мы все…
– С ней вы и умрете, – ухмыльнулся Ивалиран, явно ждущий чего-то. Он то и дело наклонял голову, словно прислушиваясь к чему-то. – Бесславно и навсегда. Без права перерождения, пока я буду творить новый мир. – Голос Мастера менялся. В нем появились холодные нотки, и он звучал как эхо. Бесу показалось, что с ними его устами говорит сама акхэя.
– Как ты мог сдаться тьме, ты, перводуша острова Хранителей и пал…
Чем больше он всматривался в лицо Рана, тем отчетливее видел, как отличается тьма внутри Ивали от той, с которой они сталкивались в зонах отчуждения. Эта была иной – сильнее, умнее и хитрее. В какой-то момент он увидел ее сердце, пульсирующее внутри Мастера над Хранителями. Сейчас ее видели и другие четыре воина. Сам Ивалиран этого не скрывал, он с удовольствием показывал им истину.
Корабль Амона держал курс на Криджу, когда Диркан доложил об энергетическом выбросе с Земли. Сине-голубой луч вновь вырвался из обители Творцов и взял курс на Марс. Риджу, не поверив своим ушам, подошел к мониторам и убедился лично.
– Эвала… – прошептал он, вспомнив, что последний раз Творец вмешивался в события, как раз когда принцесса была в опасности. – Следи за ним и конечную точку входа скажешь!
