– Что бы вы ни измыслили, мисс Моллинэр, советую вам поторопиться, – хладнокровно известил её лорд Спенсер. – Гости пожалуют уже очень скоро. Надеюсь, милочка, что хоть какие-то идеи вас таки посетили.
Ярина мрачно молчала, баюкая под мышкой пострадавшую кисть. Превращальщица, похоже, ничего не боялась. Оно и верно – в любой миг шмыгнёт в любую щель.
Волка резко вскинула вдруг голову, глаза её – волчьи – сузились совершенно по-человечески. Нагнувшись, словно вынюхивая что-то, она затрусила обратно по тоннелю.
– Мр-ря-а-ау! – взвыл там дурной голос кота Фитиля.
Надо же, смелый какой, мельком подумала Молли. А затем, уже не мельком – если лорды пустили его вперёд, значит, знают о Ярине или хотя бы догадываются.
Плохо здесь было творить чары, душно, стеснённо. Из-за двери, что ли, в которую вплавлен улавливающий магию металл?
– Ломайте. – Лорд Спенсер скрипнул зубами.
И Волка, и Медведь глядели на него весьма выразительно. Лорд демонстративно вздохнул, развёл руками.
– Да, всё случилось слишком быстро, мистер и мисс меняющие облик. Но я надеюсь, у меня ещё будет шанс…
– Хватит болтать! – вырвалось вдруг у Молли.
Обжигаясь, словно норовя проглотить слишком горячий чай, она вытолкнула из себя самой первую порцию силы, разыскивая мельчайшие трещины в камне, обветшавшие швы кирпичной кладки, выкрошившиеся от времени; сама она казалась себе вдруг пустившим корни деревом – нет, не деревом, тем самым кустом, что вырос на пути чёрных теней там, в иной жизни, под огненной горой в землях Rooskies; тем самым кустом, в который обратилась госпожа Старшая, спасая от неведомой напасти свою юную ученицу.
Стремительно ползут побеги, белёсые корни, слепые, знающие только одно – добраться до живительной почвы, потянуть из неё влагу, с тем что когда придёт срок – вернуть обратно в землю всё взятое.
Неразрывен великий круг; но бетон, кирпич и сталь, творения рук человеческих, так и норовят всё подчинить себе.
Да, корни слепы, однако один за другим они находят дорожку, проникая в такие щели и поры, что не протиснулась бы и Ярина в своей самой миниатюрной ипостаси. Впрочем, какое там «не протиснулась»! Даже и не заметила бы!..
Но тоннель строили на совесть. Щели смыкались, кирпич и цемент сжимали тропы, и Молли заскрежетала зубами – протискивать, проталкивать корни дальше становилось всё больнее, словно только что содранным локтем вести по наждаку.
Скорее, скорее!..
Никто сейчас не поможет, даже нахальная превращальщица. И Медведь не поможет тоже, вывести их всех – дело твоё, и только твоё, Молли.
Дальше, глубже – но и медленнее – проникают корни. Прокладывая себе дорогу, истончаясь до волосков и даже того больше – до невидимых глазу волокон.
Их были сотни, тысячи, десятки тысяч.
Силу опять приходилось добывать из себя с болью и мукой, но зато корни во множестве мест пронзили насквозь кирпичную облицовку, с усилием протиснулись сквозь бетонную обделку тоннеля, прокололи гидроизоляцию.
Вот она, земля!..
Пусть она переполнена крошевом бетона и кирпичей, пусть там целые залежи строительного мусора, а самой живой почвы раз-два и обчёлся – она там таки была.
Сразу стало легче.
Выручай, Зверь Земли!
И тут Молли что-то словно потянуло вниз, вниз, вниз, в бездну, прочь от солнца и света; раскрывались мрачные каверны, обнажались тёмные тропы, ведущие в глубь земли.
Что? Куда? Почему?..
Она не успела додумать, потому что предостерегающе заворчал вдруг Медведь, и это было первым звуком, добравшимся до Молли.
Они здесь, лорды и пэры.
А-а-ах!..
Обжигающе вспыхнуло всё вокруг, с Молли словно живьём сдирали кожу.
Но зато фонтаном брызнула раздробленная в пыль кирпичная кладка, с грохотом обрушилась бетонная обделка тоннеля, и в стене открылась рваная рана провала.
Это нам уже знакомо. Мы прорывались так из Особого Департамента, рушили стены, взламывали двери – уйдём и сейчас!
Ярина первой метнулась вниз. У Молли подгибались ноги, кто-то пихнул её в спину, она упала на что-то мягкое – как Медведь уже успел оказаться там?
Корни рвались. Были ли они воображаемые или действительные? Так или иначе, они лопались и умирали, исполнив назначенное.
Следом за ними рушились своды, запечатывая их в подземельях; Молли не боялась, она не сомневалась – дорога к свету найдётся всегда, даже из самой мрачной темницы.
Грохот, крики, смыкающаяся темнота.
– Завалило! – свистящий шёпот лорда Спенсера.
– Так и задумано! – мигом парировала Ярина на отличном имперском.
– Э-э… я никак не могу найти свою зажигалку… – вместо ответа проговорил вдруг Спенсер слегка растерянно. – Мисс Моллинэр, не могли бы вы…
Но Молли только тяжело дышала, чувствуя, как с кончика носа срываются капельки пота. Какой там свет!
– Сейчас, – вдруг сказала Ярина. – Чую, другого света нам тут не будет, рассеивается у меня всё…
Что-то зашуршало, а потом в темноте вдруг засветился слабый огонёк.
