Услышав стоимость моторной лодки, сторожу показалось, что он сошел с ума — таких денег никто из его знакомых и родственников никогда не имел, хотя все жили в достатке. Слово «МААС» заставило сторожа вздрогнуть — родители одного из молодых людей работали в «МААСе», — и парень хвастался доходами семьи. «Международные атомные автономные спецсредства» — расшифровку на острове знал каждый. Корпорация занималась разработкой мирного атома. На острове глубоко в бункере был расположен секретный филиал, где проводились исследования для использования атома на подводных лодках. Лаборатория была засекречена. В эпоху СССР ее обслуживали около ста человек. Сегодня помещения были законсервированы.
Злость охватила сторожа, глубокая, всепожирающая. Когда человеком овладевает необъяснимая ярость, толкающая его к убийству, к неподдающимся логике действиям, говорят, что в сердце вселяется Дьявол. Дьявол заставляет матерей бросать младенцев после рождения в роддоме или еще более страшное — убивать их; Дьявол живет в каждом из наркоманов, парализуя и блокируя разум; Дьявол вселяется во власть, когда она погрязает в роскоши и пороках, принимая необъяснимые решения, хаотичные и непонятные ни одному политологу, когда ей мало денег и она жадно хочет еще, не желая терять право на господство. Великие цивилизации мира были засыпаны пеплом и землей, великие имена сгинули во мрак, поддавшись искушению и желая еще — они не смогли вовремя остановиться.
Дьявол мало-помалу проникал в сердце сторожа, и злоба против этой роскошной сытой и здоровой молодежи росла. Он вспомнил, почему остался здесь — он был Сторожем прошлого, великого прошлого, погребенного навсегда. Тогда, много лет назад, он остался, бросив вызов сменяющемуся режиму, и сейчас снова был его шанс. Золотая молодежь стала его первой жертвой. На них он выплеснул все свои нереализованные мечты, свою загубленную жизнь и неумение приспособиться к новой непонятной России, свою боль и желание сохранить привычный уклад, свою гордость за когда-то великую страну.
«„МААС“, оказывается, цел, — думал он, — но почему они не едут на остров? Лаборатория закрыта, но цела. Архивы многолетних исследований тоже целы. Почему они не едут?» — у сторожа были одни вопросы, и ответов на них не было. Разумеется, он не знал, что самые богатые предприятия страны оказались в руках кучки людей, «национальной» идеей которых стало получать, но отнюдь не вкладывать. Интуитивно он понимал, что люди, избившие его, пресыщены и ограничены, что любят деньги и роскошь. «Ишь, как украшают себя, — думал сторож, приоткрывая глаза и разглядывая сочные молодые тела, — нет дела до целого острова с ценнейшими для науки архивами, но есть деньги на дорогие лодки».
Он не подал виду, что очнулся, пока его тащили к лодке, но услышал о планах молодежи выбросить его в море.
Решение сторожа крепло, а глупая болтовня молодых людей только убеждала его в своей правоте.
Парни были убиты. Он легко оглушил первого ударом руки. Двое других бросились бежать. Второй был сбит с ног веслом, а удар по голове усыпил его навсегда. Третьего сторож догнал и задушил. Вернувшись, прикончил первого несколькими ударами. Девчонки визжали, прижавшись друг к другу.
Парни-неумехи, не бывшие в армии, они могли только носить спущенные джинсы, показывая трусы с лейблом двух геев итальянцев, но совершенно не способны были защищаться — слабые мышцы рук, которые годились только для ношения «Брегетов».
Сторож стоял, выпрямившись, глядя в сторону моря, торжествуя в душе. И ветер беспечно играл в волосах.
Две девушки провели в бункере несколько лет, став рабынями: они кормили собак и готовили еду, стирали и тихонько старились — волосы отросли и поседели, пальцы искривились от ежедневной стирки. Удивительно, что за несколько лет из молодых и цветущих девушек, они превратились в пятидесятилетних женщин. Красота быстро ушла, словно ненадолго приходила в гости. Быть может, внешнюю красоту невозможно было сохранить из-за отсутствия красоты внутренней, которой никогда и не было.
Шло время. Лодка, спрятанная в укромной бухте, выручала не раз — на борту была рация и новости береговой охраны появились в ежедневной программе обособленной жизни Острова. За пропавшими молодыми людьми приезжали на Остров летающих собак, но вернулись домой не все.
За несколько лет колония разрослась. Собаки приобрели новые навыки — охранять, стеречь, ловить. Они стали сторожами, а сторож Хозяином. Сердце сторожа зачерствело, а собаки стали убийцами, верными помощниками самого Дьявола. И не важно, что работа была другая, суть оставалась прежней — слушаться Хозяина.
В лазе было темно. Мы ползли на коленках и локтях, беспрестанно задевая головой потолок, который внезапно опускался, и тогда мы с трудом сдерживали приступы паники. Запах земли навевал на мысли о смерти — это был страх могилы, ужас застрять под землей навсегда, но протоптанная узниками тропа вселяла надежду — это была реальная мечта о свободе, что мы выживем.
— Я, кажется, поранила руку, — вскрикнула Маша.
