После долгой бессонной ночи Белла решила, что должна занять себя чем-то, чтобы не сойти с ума. В старом доме полно работы. Внезапно ей пришло в голову, что, если теперь, когда Джеймс в Англии и может рассуждать здраво, его чувства к ней остыли? Или он решил, что принцесса из семьи, которая так боится скандалов, – не то, что нужно мужчине, ведущему свободный образ жизни.
На дереве, растущем у черного хода, Белла обнаружила гнездо. Она скучала по своим птицам. Попугаев, подаренных ей Джеймсом, она перевезла в дом на Плайя-дель-Онда. Они то и дело нарушали тишину пронзительными криками, и Белла не могла сдержать улыбки, глядя на них из окна верхнего этажа.
Это был знак. Вне зависимости от того, решит ли Джеймс подписать контракт с «Ливерпулем», она должна продолжать свою работу по защите природы. Птицы всегда будут нуждаться в ней, а у Беллы появится цель в жизни.
Вернувшись в Плайя-дель-Онда, Белла вошла в дом и встретила в холле горничную, сообщившую, что в гостиной Беллу дожидается гость.
Джеймс. Ее сердце учащенно забилось. Разумеется, сейчас он объяснит ей причины своего молчания, и они вместе посмеются над ее страхами. Она поспешила в гостиную.
Но это был не Джеймс. Увидев человека, стоящего у окна, Белла на мгновение лишилась дара речи. Усилием воли она взяла себя в руки.
– Мистер Роулинг, – осторожно произнесла она, приветствуя отца Джеймса. – Рада вас видеть.
Отец Джеймса не подал ей руки, но поклонился, словно намекая, что его визит носит статус официального.
– Принцесса Изабелла. Благодарю, что согласились принять меня.
– Разумеется. – Памятуя слова отца, заклинавшего Беллу контролировать каждый свой шаг в вопросах, имеющих первостепенную важность для короны, она грациозно наклонила голову. – Что я могу для вас сделать?
– Может быть, присядем?
Мистер Роулинг указал на диван. Оба опустились на диван, и Белла выжидающе посмотрела на Патрика Роулинга.
Он откашлялся:
– Если я правильно осведомлен, вы и Уилл приняли решение расстаться, и теперь вы встречаетесь с Джеймсом. Позвольте мне заверить вас, что вы совершаете большую ошибку. Я пришел сюда, чтобы лично переговорить с вами и донести до вас всю серьезность положения.
– Если я продолжу встречаться с Уиллом, то совершу куда большую ошибку. Мы совершенно чужие друг другу.
Мистер Роулинг поднял руку:
– Я здесь не для того, чтобы говорить об Уилле. Ваш брак с Уиллом разумен с деловой точки зрения, но даже я способен понять, что сердцу иногда не прикажешь.
Белла в замешательстве посмотрела на отца Джеймса:
– Тогда зачем вы здесь?
Разговор получался менее официальным, чем предполагалось, но Патрика Роулинга, кажется, это уже не волновало.
Снова откашлявшись, он наклонился вперед, словно желая поведать Белле какой-то секрет:
– Вы совершаете ошибку, а я могу помочь вам избежать ее. Ваша ошибка в том, что вы слишком доверяете Джеймсу. Он не пара любой женщине, а в особенности вам.
Белла почувствовала, как в ней нарастают раздражение и гнев, и прилагала все усилия, чтобы сохранять спокойствие. Этот человек совершенно не знает ее и все-таки смеет строить предположения относительно того, какой мужчина ей нужен. Но самое страшное, что он не знает своего сына. В этом Белла могла ему помочь.
– Джеймс – замечательный человек. Я поражена тем, что его собственный отец этого не знает или не хочет знать. Я расскажу вам о Джеймсе. У него доброе сердце, он щедр и, самое главное, заботится обо мне.
Голос Беллы звучал искренне, потому что она верила в то, что говорила.
Мистер Роулинг нахмурился:
– Мне жаль говорить это, но я с вами совершенно не согласен. Мой сын – известный волокита, для которого важны только его собственные чувства и желания. Вы конечно же знаете о его недостойном поведении в прошлом. – Он бросил на Беллу взгляд, полный сожаления. – Потому что если нет, да поможет вам Господь.
Беллу охватили дурные предчувствия, по спине побежали мурашки.
– Вы имеете в виду фотографии в газетах? – Она скрестила руки на груди словно в надежде, что это убережет ее от яда, сочившегося из уст Патрика Роулинга. – Я знаю о них.
Неужели он надеется, что таким путем сумеет заставить Беллу расстаться с Джеймсом?
– О нет, принцесса Изабелла, – мистер Роулинг покачал головой. – Я говорю о незаконнорожденной дочери Джеймса.
Белла словно оледенела.
– О его… о ком? – прошептала она.
Мистер Роулинг прищурился. Вероятно, именно сейчас он вплотную подошел к цели своего визита.
– У Джеймса есть дочь, ее мать – его бывшая подружка. Правильно ли я предполагаю, судя по выражению вашего лица, что Джеймс забыл упомянуть об этом?
– Да, – тихо проговорила она, чувствуя головокружение. – Я ничего не знала…
Наверняка у Джеймса была причина, по которой он не счел нужным рассказывать Белле о своей дочери. Должна была быть причина. Белла судорожно пыталась придумать хотя бы одну, но безуспешно. Что толку в этих попытках? Когда она встретится с Джеймсом, он, конечно, все объяснит, а пока у нее есть только вопросы и ни одного ответа.
