Волкодраги не уходили, они повернулись к своему бывшему хозяину, и если б он знал сейчас их желание, ему бы оно явно не понравилось. Звери хотели отомстить эльфу за всё, что он заставлял их делать. В памяти животных всплыли картинки событий, о которых они сожалели. Я не успела отгородится, и увидела место сражения, разорванные тела, лужи крови, даже почувствовала, как волкодраги наслаждались этой кровью. Но они никогда бы не напали на такое количество двулапых существ. От отвратительного зрелища меня отвлекло другое воспоминание одного из зверей. Животное помнило, как ему было неприятно, когда Малион приказал напасть... на меня? Выходит, он специально рассказал, что его брат и Таиндиль в Темном лесу, чтобы загнать меня туда. Увернувшись от сцены моего первого боя со зверем, я наткнулась на еще очень интересное воспоминание. Волкодраг тогда стоял в тени деревьев Темного леса недалеко от академии эльфов, а рядом с ним и хозяин Малион. Они наблюдали за парочкой, которая направлялась к главным вратам. Я с удивлением узнала в них принца Эмаруила и себя.
В памяти всплыл вечер, когда принц провожал меня, после нашего с ним разговора о предателе, и о том, что правитель и сам принц ничего не предпринимают, чтобы предотвратить войну. Эмаруил тогда пообещал мне помочь обнаружить врага. В воспоминании животного принц попрощался со мной и направился в город, но его окликнул глава академии, вышедший за ворота. Интересно, и как это я его не заметила? Они о чем-то несколько минут побеседовали, после чего мудрец вернулся во владения академии. Через связь волкодрага я почувствовала, как Малион в тот момент обозлился на меня. Наставник недоумевал, каким образом мне удалось узнать о предателе. Но ещё больше его удивило поручение мудреца, чтобы принц как можно скорее отправился к королю и доложил ему, что их подозрения насчет Малиона и темных магов подтвердились. Эльф не понимал, как мудрецу стало известно о магах, ведь когда он прибыл на остров, все поверили в произнесенную им сказку. Малион всем рассказал, что воспитывался у хороших друзей его родителей, и не понимал, почему мудрецу пришло в голову, что это не правда. Но в этот момент ему уже было все равно, наставник знал, что войска уже скоро будут на острове. И все же он не мог допустить, чтобы до короля дошли такие вести. Этот весельчак тогда расстроит все его планы!
Малион отдал приказ волкодрагу отвлечь принца, а сам решил подкрасться сзади. Животное послушно, но без охоты, направилось к заданной цели. Эмаруил заметил черного хищника, но упустил движение позади, и после сильного удара, медленно опустился на землю. Все это произошло очень быстро и бесшумно, но Малион помнил, что они находились недалеко от ворот, и их могли заметить. Поэтому ему не представлялось возможности разделаться с Эмаруилом, и наставник решил обойтись заклятием. Достав из-за пазухи какой-то мешочек, он посыпал на лежащего без сознания принца и прочел заклинание на странном наречии. Затем небольшим ножичком надрезал свое запястье и провел лезвием по губам эльфа, оставляя кровавый след. Через секунду кровь превратилась в прозрачную жидкость и стекла каплями на светлые волосы принца.
Я отстранилась от памяти волкодрага и взглянула в темные глаза наставника, который пытался взять себя в руки. На острове я видела и других эльфов с похожей внешностью, с такими же темными волосами, вот только глаза у них были более светлых оттенков. Такие темные глаза, как у Малиона, были лишь у его брата Самилора.
– Малион, ответь на один вопрос, – обратилась я к наставнику. – Если бы тебе позволяли обстоятельства, ты бы убил в тот вечер принца Эмаруила?
Эльф явно не ожидал, что я знаю об этом, но когда до него дошел смысл моих слов, его взгляд метнулся к волкодрагам и вернулся ко мне. Страх вновь овладел им, что отразилось на его лице. Он, наконец, осознал, что животные теперь в моей власти. И пока наставник не знает, что я отпустила хищников, пусть немного понервничает – ему это пойдет на пользу.
– А ты что, уже на старшего принца замахнулась? Мало тебе Касиллиана? – с ехидством в голосе спросил Малион, пытаясь скрыть свой страх за улыбающейся маской. Если честно, захотелось ему в горло вцепиться за эти слова. И откуда только такие мысли появились у меня в голове? Злость и кровожадность. Какие ещё чувства во мне проснуться, пока идет война? Не смотря на силу этих животных желаний, мне удалось запрятать их поглубже, потому я осталась стоять на том же месте. И наблюдала, как на эльфа нападает его возлюбленная (то, что парень действительно любит Наймисиль, мне тоже открылось через сознание черных псов). Он восхищался её хрупкостью, но в тоже время ему нравилось, как иногда она с отвагой защищает своих друзей и близких. А сейчас, она защищала своих друзей от его самого.
