«Все было более просто… и более цинично. Этими взрывами были замаскированы следы «зачистки» группы Барранги, испанского биолога, которого «РингЭйд» безуспешно пытался переманить к себе на работу. По тем временам Барранга владел уникальной методикой выделения кардиомитоцитных стволовых клеток. Он отказался. Тогда «РингЭйд» заказал его группу в полном составе, в назидание… Они возвращались в Мадрид электричкой из Толедо после местной конференции, все в одном вагоне. Всех и накрыло взрывом… Мины в других поездах были взорваны для отвода глаз. Так мы впервые вышли на Эжени – почти сразу же после теракта ее арестовали испанские спецслужбы, но потом отпустили, олухи. Ее ячейка имела характерный подчерк; они использовали «Гомо-2 Эко» – сравнительно редкий аналог титадина, прессованного динамита, что позволило однозначно установить их причастность к теракту в Мадриде. Кстати, Виалли, тот доктор с «Приключения Морей»… Он был лидером ее ячейки. Он прикрывал ее в ту ночь, когда она пришла к тебе, в развалины госпиталя. Это Виалли стрелял в тебя снизу, из подвала. Мы едва успели…» – Он тянет паузу. – «Знаешь, они с ней давно были… Вместе. Задолго до того, как ты…»
Джоди извинительно улыбается: «Прости, сорвалось…».
Мне непонятно, действительно ли это упоминание о связи Эжени с Виалли было случайностью, или он решил загнать мне пару патефонных иголок под ногти с определенной целью.
«Ладно…» – Виски слегка уменьшает размер комка в моем горле. Я двигаю вперед центральную пешку. Он отвечает тем же. Некоторое время мы молча развиваем фигуры. Я чувствую, что он нервничает.
Почему?
«С какого момента к делу подключился Интерпол?» – я меняю тему.
«Розен попал в поле нашего зрения еще во время их экспедиции в Африку. Из них двоих Каммингс всегда был на виду, а Розен оставался в тени. Взять хотя бы случай с пожаром в аэропорту Киншасы – Розен был виновен в поджоге, но Каммингс угодил за решетку вместо него. Тем не менее, их обоих обвинили в антигосударственной деятельности в Заире… Когда они стали работать на «Каликсу», мы помогли компании – пробили санкцию ИНС на выдачу Розену вида на жительство под измененным именем… в Штатах за ним гораздо легче наблюдать, чем в Африке или Европе. Розен перебрался в Калифорнию, но Каммингс предпочел жить на Сен-Маартене, ближе к бывшей клинике Пинеля на острове. Какое-то время он даже планировал восстановить старый лепрозорий…» – Он хмыкнул. – «После случая с Барнсом нашему полевому отделу в Аризоне показалось странным, что Розен… Розенкранц… Был срочно зачислен в штат клиники Майо в Аризоне, а после проведения местной экспертизы по Барнсу также оперативно был уволен оттуда. До того момента мы ни сном, ни духом не ведали о 32108 и всем, что с ним связано, но история с реактивным наймом и увольнением «доктора Розенкранца» сразу дала нам понять, что его прикрывают и что за случаем Барнса стоит кто-то солидный… В начале, когда выяснилось, что это – Агенство Национальной Защиты, мы вообще хотели откреститься от дела, но… Наши боссы недолюбливают «спецуху» – давние счеты, кастовость, цеховщина… Любой вариант, когда можно вставить им пару палок в колеса, наш штаб в Лионе старается не упускать. Мы начали искать; иголочка за ниточкой, ботинок за шнурком… когда в итоге вышли на ячейку Виалли, потом на «РингЭйд» – началась уже совсем другая игра…»
«С какой целью Эжени подставили… под меня?» – я решаю перейти в наступление. Мой белопольный слон задиристо проталкивается к середине доски.
«Не торопись… Сразу же после скоропостижного окончания проекта Каммингс самоизолировался, с головой ушел в работу на Сен-Маартене и прекратил все отношения и с Розеном, и с «Каликсой». Похоже, он тяжело переживал неудачу. Поиском виноватых не занимались… тем не менее, Розен и Каммингс серьезно повздорили. «Каликса» пыталась выступить в качестве третейского судьи, но получилось только хуже. Через две недели после прекращения тестирования Розен заявил, что он не будет больше работать вместе с Каммингсом. А еще день спустя Каммингс исчез… Бесследно. С этого момента мы не оставляли попыток его разыскать… Тщетно.»
Джоди на мгновение задумывается над очередным ходом, потом нерешительно трогает своего коня.
«У нас нет правила «Взялся – ходи»? Тогда поправляю…» – Он чешет мочку уха и наконец решается: – «Походил… Что ты сумел выяснить по 32108 – происхождение, механизм действия и так далее? Немного? О'кей, приготовься слушать… Мало не покажется, но, поверь, не пожалеешь. Плесни еще колы, сушит и сушит…»
Я иду в кухню, добавляю лед и колу в его стакан, себе доливаю джин. Он сказал, что ситуация с делом 32108 изменилась, и похоже, произошло что-то серьезное, иначе бы он просто связался бы со мной по телефону, или по электронной почте, или на худой конец, через этих «оловянных», которые только делают вид, что меня охраняют, а сами пропивают казенку…
Но я ни сном, ни духом не подозревал, с чем он приехал на самом деле.
