– А-Я, как удачно, что сегодня твоя смена!
– Сяо Бэй, ты сегодня снова ел пельмени с луком-пореем? Фу! – Медсестра с отвращением отвернулась, отмахиваясь рукой.
– Да что ты! – стал отпираться Сян Бэй, подмигнув ей левым глазом.
– У тебя в зубах застрял кусочек лука-порея.
– Перестань, я к тебе по делу. – Выражение лица Сян Бэя стало серьезным. – В какой палате находится человек, спасенный из моря?
– Палата 214, – выпалила медсестра и тут же серьезно спросила Сян Бэя: – Что ты собираешься делать?
– О, – Сян Бэй подмигнул ей левым глазом, – его родственник примчался из другого города и хочет увидеть его.
– Нельзя!
– Почему нельзя?
– Главврач Сюй сказал, что пациенту запрещены посещения.
– А я тоже не могу? – Сян Бэй поправил свою полицейскую фуражку.
– Главврач отдельно отметил, что тебе особенно вход запрещен.
– А-Я, не шути. Вчера я договорился о посещении сегодня в девять часов. Хорошо, я подожду до девяти.
– Дай-ка я проверю. – А-Я открыла документ в компьютере, несколько раз щелкнула мышкой и ответила: – Похоже, была запись на прием, но состояние пациента нестабильное и разрешение отменили.
Сян Бэю стало неловко перед Шэнь Ко, и он помрачнел:
– А-Я, когда я патрулировал улицы на прошлой неделе, видел тебя у лотков с уличной едой, а ведь в тот день ты, кажется, дежурила. Это ведь не первый случай, когда ты покидаешь пост самовольно. Если главврач узнает об этом, каковы будут последствия?
– Ты… твоя взяла! – Медсестра стиснула зубы и сказала: – Даю вам десять минут, поднимитесь наверх, третья палата слева.
– Спасибо! Что ты хочешь сегодня на ужин, я приглашаю! – сказал Сян Бэй, прижав руку к груди.
– Катись!
Шэнь Ко показал Сян Бэю поднятый вверх большой палец.
Сян Бэй гордо вздернул подбородок в сторону Шэнь Ко. В коридоре на втором этаже стояла тишина, было слышно только электронные звуковые сигналы медицинского оборудования. Шэнь Ко всмотрелся в указатели на дверях палат и обнаружил, что это не отделение интенсивной терапии, а обычная палата. Сквозь стекла на дверях было видно, что большинство пациентов палат – пожилые люди. Они медленно подошли к 214-й палате в конце коридора, и, несмотря на то что в больнице работал кондиционер, на лбу Шэнь Ко выступил пот, а пальцы нервно задрожали. Он скрестил руки и изо всех сил пытался справиться с охватившим его волнением.
У двери палаты 214 сидел медбрат. Увидев, что кто-то приближается, он встал и преградил им путь:
– Посещение этой палаты запрещено.
– Разве главврач Сюй не приказал тебе? – Сян Бэй указал на Шэнь Ко. – Позволь пройти мне и этому господину.
Медбрат, очевидно, знал Сян Бэя и оглядел Шэнь Ко с ног до головы. Возможно, из-за того, что Шэнь Ко был одет в костюм, он выглядел представительно, что заставило медбрата поверить словам Сян Бэя.
– Он действительно так сказал? Он только сегодня утром велел мне находиться здесь и никого не впускать.
– Конечно, мы получили разрешение главврача Сюя, иначе как бы я узнал, что пациент находится в этой палате? – Видя, что медбрат все еще колеблется, Сян Бэй пошел на блеф: – Если не веришь, сам спроси.
Сян Бэй одурачил медбрата, тот отступил на шаг и впустил их. Свет в палате был выключен, но солнце проникало сквозь шторы, внутри было не темно. Слева и справа стояли две больничные койки. Занавески, отделяющие койки пациентов, задернуты только на той, что справа, остальные пусты. На кровати виднелся мужчина, лежащий на боку.
Сян Бэй намеренно замедлил шаг и наблюдал, как Шэнь Ко в одиночестве направляется к больничной койке.
Это обычная палата, и никакого специального ухода в ней не предусмотрено. Жизни пациента, по-видимому, больше не угрожает опасность, почему же его должны охранять, а посещение запрещено?
Шэнь Ко на время отбросил свои сомнения, он осторожно приоткрыл занавеску, и перед ним оказался лысый затылок мужчины, нижнюю часть тела которого прикрывала белая простыня. Спина мужчины была скрючена, на его худой и угловатой фигуре болталась тонкая больничная пижама. Рядом с кроватью стояла аппаратура, к его руке было подсоединено несколько проводов, постоянно мигали красные и зеленые лампочки, периодически раздавались электронные сигналы.
От боли и горечи перехватило дыхание, и Шэнь Ко сделал несколько глубоких вдохов, изо всех сил стараясь не расплакаться. Прямо перед ним был отец, которого он не видел пятнадцать лет; так много эмоций бурлило в его груди, никаких слов не хватит это описать. Шэнь Ко сильнее, чем раньше, хотел узнать, почему отец оставил его одного и позволил ему жить на чужбине, маленькому, беспомощному и одинокому в этом мире.
Мужчина, казалось, понял, что кто-то приближается, и его ноги слегка дернулись.
Сян Бэй коснулся выключателя у двери и включил свет в палате, и очертания мужчины на больничной койке стали четкими. Шэнь Ко обошел больничную койку и подошел к мужчине.
Руки мужчины были согнуты перед собой, закрывая бóльшую часть лица, его предплечья были покрыты мазью от солнечных ожогов, а к худой правой кисти был прикреплен пластырь для фиксации иглы. Он лежал под капельницей.
