Блендли сам отыскал «Испаньолу», и благодаря его ловкости она досталась нам буквально за гроши. Правда, в Бристоле есть люди, которые терпеть не могут Блендли. Они имеют наглость утверждать, будто этот честнейший человек хлопочет только ради барыша, будто «Испаньола» принадлежала ему самому и будто он продал её мне втридорога. Это, бесспорно, клевета. Никто, однако, не осмеливается отрицать, что «Испаньола» – прекрасное судно.
Итак, корабль я достал без труда. Правда, рабочие – такелажники и прочая братия – снаряжают его очень медленно, но со временем всё будет готово. Гораздо больше пришлось мне повозиться с подбором команды.
Я хотел нанять человек двадцать – на случай встречи с дикарями, пиратами или проклятым французом. Я уже из сил выбился, а нашёл всего шестерых, но затем судьба смилостивилась надо мной, и я встретил человека, который сразу устроил мне всё это дело.
Я случайно разговорился с ним в порту. Оказалось, что он старый моряк. Живёт на суше и держит таверну. Знаком со всеми моряками в Бристоле. Жизнь на суше расстроила его здоровье, он хочет снова отправиться в море и ищет место судового повара. В то утро, по его словам, он вышел в порт только для того, чтобы подышать солёным морским воздухом.
Эта любовь к морю показалась мне трогательной, да и вас она, несомненно, растрогала бы. Мне стало жалко его, и я тут же, на месте, предложил ему быть коком у нас на корабле. Его зовут Долговязый Джон Сильвер. У него нет одной ноги. Но я считаю это самой лучшей рекомендацией, так как он потерял её, сражаясь за родину под начальством бессмертного Хока[16]. Он не получает пенсии, Ливси. Видите, в какие ужасные времена мы живём!
Да, сэр, я думал, что нашёл кока, а оказалось, что я нашёл целую команду.
С помощью Сильвера мне в несколько дней удалось навербовать экипаж из настоящих, опытных, просоленных океаном моряков. Внешность у них не слишком привлекательная, но зато, судя по их лицам, все они люди отчаянной храбрости. Имея такую команду, мы можем сражаться хоть с целым фрегатом.
Долговязый Джон посоветовал мне даже рассчитать кое-кого из тех шести или семи человек, которых я нанял прежде. Он в одну минуту доказал мне, что это как раз и есть те пресноводные увальни, с которыми нельзя связываться, когда отправляешься в опасное плавание.
Я превосходно себя чувствую, ем как бык, сплю как убитый. И всё же я не буду вполне счастлив, пока мои морячки не затопают вокруг шпиля[17]. В открытое море! К чёрту сокровища! Море, а не сокровища кружит мне голову. Итак, Ливси, приезжайте скорей! Не теряйте ни часа, если вы меня уважаете.
Отпустите молодого Хокинса проститься с матерью. Редрут может сопровождать его. Потом пусть оба, не теряя времени, мчатся в Бристоль.
