Летиция немного покачалась, потом снова кивнула.
– Сейчас припоминаю. Я не стала ждать ее ответа, велела внуку взять лопату и почистить ее дорожку, а младших попросила отнести к дому продукты.
– Как она это восприняла?
– Если она и хотела возразить, то не успела. Я сказала ей, что она вроде бы слегка загорела. Она ответила, что устроила себе небольшой отпуск. Пока мой внук чистил ее дорожку, а дети перетаскивали пакеты с продуктами на крыльцо, она пояснила, явно раздраженная, что ненавидит возвращаться в зиму и что хотела бы провести всю зиму во Флориде.
– Именно во Флориде?
– Да. Там солнце, пальмы и бассейны, а здесь снег, лед и холод. Я спросила, в каком городе во Флориде она была. Она только пробормотала что-то о том, что ей надо идти к матери, и ушла. Правда, остановилась и предложила заплатить моему внуку за работу, но он не взял денег. Он хорошо воспитан.
– Она убила женщину в Тампе в феврале 2011 года.
– О Боже всемогущий… Загар еще не смылся, так что наш разговор, наверное, был вскоре после этого. Она оборвала чью-то жизнь, потом загорала, а потом жаловалась мне на холод… Как думаешь, после того, как она в тебя стреляла, она уехала во Флориду?
– Нет, думаю, в Канаду. Я тоже в нее попал, и ей пришлось действовать быстро.
– Но у нее хватило времени убить собственных бабушку и дедушку. – Пальцы старушки вновь потянулись к кресту. – Да упокоятся они с миром.
– Она ненавидела их, как и свою мать. Из-за ранения ей наверняка было очень больно, вот и выместила на них ярость… Не представляю, как она умудрилась бы проехать весь путь до Флориды с огнестрельным ранением. Канада гораздо ближе. Наверняка пересекла границу, нашла какую-нибудь дыру и залегла на дно. Мы полагаем, у нее было много наличных денег и кредитных карт с поддельными удостоверениями личности. А вот сейчас, думаю, она во Флориде. Ей там понравилось. И там живут две ее цели.
– Ты должен их предупредить, Рид. Не говори мне, что за все отвечает ФБР. Предупреди – пусть примут меры, защитят себя.
Рид поцеловал старушку на прощание, и миссис Джонсон проводила его до машины. Она беспокоилась об этом мальчике. Существо, для которого у Летиции не было названия, однажды уже пыталось его убить. И обязательно попытается снова. Дай-то бог, он успеет ее поймать.
Эсси ошеломленно застыла, когда Рид протянул ей гортензию.
– По причинам, недоступным моему пониманию, сажать куст нужно с кофейной гущей. В благодарность от тебя я приму пиво.
– Хэнк! – крикнула она. – Рид привез нам растение.
Дилан и Пак примчались первыми.
– Мой парень! – Рид с мальчиком хлопнулись ладонями, и Рид наклонился погладить виляющую хвостом собаку.
– Мы поедем на остров? Прямо сейчас?
– Поедем, но в другой раз.
– Ну! Мы с Паком хотим туда поехать!
Рид взял мальчика на руки.
– Скоро поедете. И тогда я сделаю вас с Паком на день полицейскими.
– И дашь нам значки?
– Какой же полицейский без значка?.. Привет, Хэнк.
– Привет, Рид. Отличная гортензия. «Никко Блю». Ей нужна кислая почва.
– С радостью вручаю ее тому, кто знает, что с ней делать.
Выпили пива. Вскоре Хэнк понял, что жене и ее бывшему напарнику нужно поговорить.
– Пойдем, Дилан, выкопаем яму. Я уже присмотрел место.
– Еще пива? – спросила Эсси, когда ее мужчины ушли.
– Нет, спасибо. У меня мало времени – паром ждать не будет. Я заезжал поговорить с Летицией Джонсон. – И он сообщил ей новую информацию.
– Мы всегда знали, что она ездила во Флориду.
– Там ее что-то зацепило. При всей своей необщительности она завела речь о Флориде. Помнишь женщину в пекарне, куда она забегала по утрам? По ее словам, Хобарт говорила ей, что проведет несколько дней в санатории в горах.
– Она лгунья, и это мы тоже знаем. Но ты прав, она проговорилась. Она была зла, – решила Эсси. – Только что вернулась от солнца и пальм, а тут вокруг снег и холод, и эту чертову дорожку никто не почистил.
– Миссис Летиция отвлекла ее на минутку, поэтому она дала себе волю, немного пожаловалась.
– Какая разница, что она говорит какой-то любопытной старушке, соседке матери, да? Ее раздражает снег, раздражает, что девочка, которой она платила, не сделала свою работу… Да. – Эсси кивнула. – Она проговорилась.
– Хобарт во Флориде, Эсси.
– Рид, у нас нет никаких доказательств.
– Там живут две цели, и зима была холодная. – Он поднялся, зашагал. – Что ты подумала, когда впервые увидела этот дом?
– Вот и мой дом.
– Я почувствовал то же самое по отношению к своему. Патрисия Хобарт жила с бабушкой и дедушкой и ненавидела их. Еще раньше – с матерью, то же самое. Она всех убила. Их жилища никогда не были для нее домом. Могу поспорить, домом для нее стала Флорида. Она уезжает из Канады – даже федералы считают, что она отсиживалась там – и летит на Бермуды. Знаешь, что я думаю?
Эсси кивнула.
– Поездка напомнила ей, как она любит солнце и пальмы.
– Точно. Мы уже решили, что это должен быть юг, и я склонялся в сторону Флориды. Теперь я не сомневаюсь. Да, это всего лишь интуиция, Эсси, но все подходит.
– Я сообщу специальному агенту.
– Не надо, у тебя могут возникнуть проблемы.
