Бесстыдные звезды пялились на влюбленных, а волны восхищенно перешептывались, завороженные их страстью. На каждый крик девушки, Лев отвечал хриплым вздохом. И вон он сжал её талию, сделал несколько резких конвульсий и полностью разрядил свой боекомплект в маленькую мишень.
— Фух…вот так ночка, — рассмеялась Леденцова, убирая назад непослушные волосы.
— Лучшая в моей жизни, — признался парень.
На мокром песке остались вмятины от разгоряченных тел. Влюбленные окунулись в теплые волны океана и вновь слились губами. Если бы их сердца остановились одновременно в эту самую секунду, то Дана и Лев умерли бы самими счастливыми людьми на земле.
Прошло меньше недели с момента катастрофы, но Давиду казалось, что он живет на этом острове уже лет сто. Все стало таким привычным, даже в чем-то родным.
Раньше он заводил три будильника, так как панически боялся опоздать на работу, сейчас вставал когда хотел, если не предстояло дежурить с утра.
Раньше он суетливо выпивал чашку кофе и прогладывал несколько тостов с ореховой пастой, а сейчас неторопливо завтракал бананами, запивая чистейшей речной водой.
Раньше он злобно скрежетал зубами в автомобильной пробке, а сейчас прогуливался в одиночестве по пустынному пляжу. В такие минуты посещали философские мысли. Дава начал размышлять над вещами, на которые раньше хронически не хватало времени.
«Современная жизнь в больших городах — это бешеный марафон. Люди бегут с утра на работу, часто нелюбимую, а для многих и вовсе ненавистную. Потом несут заработанные деньги в торговые центры, где покупают, как им кажется, крайне необходимые вещи. А по большому счету будущий хлам. У большинства не хватает денег. Что делать? Правильно — купить в кредит. Поэтому приходится работать еще больше.
Затем у них появляются дети. Приходят дополнительные траты. Дети растут и расходы соответственно тоже. Дети идут в школу, затем Университет, если папа и мама могут оплатить обучение. Потом надо помочь молодым встать на ноги, оплатить свадьбу, подсобить с квартирой. К тому моменту, когда вчерашний птенец обзаведётся собственным гнездом, родители передают ему эстафетную палочку и сходят с дистанции. И вот марафон продолжается, с каждым поколением темп только возрастает, а тех, кто его не выдерживает, общество безжалостно выбрасывает в мусорный бак человеческих отходов».
Об этом думал Дава, разглядывая на песчаном берегу диковинную ракушку. Она напоминала его жизнь — красивую и привлекательную снаружи, а внутри пустую.
Пухляш вернулся в лагерь. У костра царило радостное оживление — Молло, только что поймал длинную серебристую рыбину и тащил её к очагу. Лика взялась за разделку завтрака. Привычным движением она выпустила кишки, а через минуту рыбина уже вертелась над углями. Оскар, глотая слюни, нетерпеливо следил за каждым действием повара с розовыми волосами:
— Слушай, а Солнечная это же псевдоним?
— С чего ты решил? Разве не может быть у человека такой фамилии?
— Слишком прямолинейно. Тревел-блогер Лика Солнечная, так не бывает, — Кросс сидел на бревне закинув ногу на ногу с видом знатока «Что? Где? Когда?».
— Какая разница, псевдоним или нет? Главное красиво звучит, — поддержала подругу Оля.
Лика бросила мимолётный взгляд на Оскара:
— По паспорту Казарян. А вот имя настоящее. Теперь доволен? Раскрыл тайну века?
— В школе я был влюблен в девочку по фамилии Таранян. Как-то с детства мне нравились армянки.
Лукавая улыбка мелькнула на губах Оскара. Дана видела, что он специально флиртует, чтобы позлить её.
«Мне плевать на твои интрижки, муженёк. Можешь хоть сексом заняться у меня на глазах. Только кто тебе даст?»
— Я наполовину армянка, мама с Беларуси, — сказала блогерша.
— От смешанных браков часто получаются красивые дети, — попытался отвесить очередной комплемент Оскар.
Солнечная сделала вид, что не заметила, хотя внутри появилось приятное теплое чувство:
— А у тебя как фамилия?
— Кросс, — с гордостью выпалил Оскар, покосившись на супругу, — давайте вообще все, так сказать, официально познакомимся.
— Я Оля Ларина, — блондинка флегматично подняла руку.
— Давид Ковалев, а у брата фамилия Донской.
— Лев Донской? Ой, так аристократично звучит, — с легкой завистью протянула Лика.
Оля внезапно захлопала в ладоши, указывая на каменный пирс:
— Ура! Смотрите, какой Молло сегодня молодец, так быстро вторую поймал!
— Может, Лёву разбудить на завтрак? — Давид посмотрел на лес, где в тени тростниковой хижины после дежурства отсыпался брат.
— Зачем? Нам больше достанется! — загоготал Оскар, но остальные по привычке не оценили шутку.
— Пусть спит, оставим ему долю.
— Ты сегодня тоже всё утро дрыхла без задних ног, — Кросс пристально уставился на жену, — а всегда раньше меня вставала.
«Догадывается? А может всё знает? Ну и черт с ним, его проблемы», — решила Дана.
Не дождавшись ответа, супруг продолжил:
— На воздухе хорошо спится, да?
Леденцова легко различила в его голосе нотки раздражения. Он начинал беситься. Раньше в такие моменты становилось страшно, но теперь её это веселило:
