Донской оглянулся через плечо. За спиной синело открытое море. Оно точно щупальцами затягивало незадачливого путешественника в свои объятья. Еще недавно Лев размышлял о том, как поплывет искать большую землю, а теперь, когда его по настоящему уносило в океан, Донской застучал зубами. Там ждала верная смерть.
Волны стали выше. Они уже били по коленям. Еще несколько минут промедления и станет поздно. Пора было выбирать — потерять плот или жизнь.
Лев отбросил весло, вытянул руки и нырнул. Он поплыл наискосок против волн, подныривая по них и стараясь не захлебнуться. Нельзя было молотить со всей мочи по воде, следовало распределить силы, путь предстоял долгий, его успело порядочно оттащить от берега.
Минут через десять остров стал немного ближе. Пловец выбрался из тягуна и уверенно грёб к земле. Но когда до пляжа осталась сотня метров появилась новая проблема. Донской заметил плавник.
Что-то серое мелькнуло сбоку и тут же ушло под воду. В голове сразу замелькали кадры из фильмов «Челюсти»: кровь, откушенные конечности, огромные острые зубы. Ужас колючей проволокой скрутил ноги и руки. Вдобавок парень хлебнул воды и закашлялся.
«Дельфин?! Акула?! Марлин?!»
Проверять совсем не хотелось. Если рядом хищник, то шансов мало. Это могла быть как добродушная афалина так и беспощадная тигровая акула. Второе дыхание открылось само собой. Донской перешел на кроль, из последних сил напрягая уставшие мышцы. Боковым зрением он снова заметил плавник и принялся молиться духу острова, чтобы тот позволил добраться ему живым.
Поднимая тучу брызг, Лев как моторная лодка бороздил море и остановился, лишь когда почувствовал дно. Через секунду он упал животом на песок. В легких словно бурлила серная кислота, сердце грозило вот-вот сломать грудную клетку, а руки и ноги отказывались шевелиться.
Спустя пять минут Донской приподнялся с огромным трудом и долго смотрел на море. Плавник больше не появлялся. Где-то вдалеке померещился плот и тут же исчез за гребнем волны. Лучи солнца миллионом раскаленных стрел впились в кожу. Лев на четвереньках дополз до ближайшей кокосовой пальмы и спрятался в тени.
— Да, веселая прогулочка, ничего не скажешь. Дава был прав — риск всегда есть. Чёрт, как же быстро течение оттащило от берега. А потом еще этот ветер и волны. Оууу, руки как бетонные. Думал, не доплыву…
Звук собственного голоса успокоил парня. Язык остался единственной мышцей в теле, которая не устала. Лев провалялся без движения почти час. Постепенно жажда заставила его встать и отправиться на поиски ручья. Все запасы уплыли вместе с плотом. Ни еды, не воды, ни оружия, ни крова. Он даже не знал, в какую сторону идти, чтобы скорее вернуться к друзьям.
«Пить…, как же хочется пить».
В горло точно насыпали песка, слюна стала вязкой и горькой. А вокруг лишь издевательски плескались соленые волны. Пошатываясь, Донской направился к деревьям. Он остановился на границе пляжа, обернулся, еще раз посмотрел на море и шагнул в лес. Джунгли поглотили человека быстрее, чем кобра тушканчика. А остров продолжал безмятежно шуметь листвой и смеяться криками чаек.
Давид проснулся на рассвете. В джунглях еще царил полумрак, а пляж уже заливали тёплые солнечные лучи. Ковалев искупался в реке и пошел на берег к костру.
— Доброе утро, девчонки.
— Доброе, — вздохнула Оля.
Дава посмотрел на океан. Никого. Наступил четвертый день, как пропал брат. Вчера Давид изготовил второй плот и поплыл на поиски Льва, но сильный ветер и волны заставили вернуться. Сегодня море по-прежнему было неспокойно.
— Не могу ждать, попробую еще раз.
Лика очистила банан, дала укусить Оле и проглотила кусочек сама:
— Я попрошу Молло приглядеть за Даной.
— Да мы все за ней приглядим, — пообещала Ларина.
— В обиду точно не дадим. Только дров маловато, натаскаешь нам кучку?
— Без проблем. Вон и Оскар топает, попрошу его заодно, так быстрее управимся.
Кросс шел по берегу, сунув руки в карманы. На лице застыло хмурое задумчивое выражение, но в глазах блестели пошлые огоньки. Он понял, что троица говорила о нем, и насупился еще сильнее.
— Оскар, пошли за дровами. Там вынесло большое бревно, я один не дотащу.
— Мне некогда.
Дава остолбенел с открытым ртом. Кросс равнодушно прошел мимо походкой большого начальника.
— Погоди, это же для костра, — Давид с удивлением уставился на спину Оскара.
— Я иду бананы искать. Вон у тебя две помощницы под пальмой сидят.
— Фи, какой джентльмен, — фыркнула Солнечная.
Оля оглянулась на связки желтых плодов и добавила:
— У нас много бананов, на два дня точно хватит. Дрова сейчас нужнее.
— А у меня спина болит! — огрызнулся Кросс.
— Вечно у тебя что-то болит, лодырь, — бросила вдогонку Лика.
Оскар промолчал. Он знал, что блогерша крутит шуры-муры с Молло, а сориться с его любовницей, значит лишиться потенциального союзника.
