— Так объясни же мне, — Кросс прижал её к каменному бортику и поцеловал в шею. Член стал тверже стального лома. Оскар страстно дышал, стискивая грудь Даны шершавой ладонью.
— Нет, нет, нет!
Бабочка трепыхалась в паутине, но паук уже вонзил в неё ядовитые челюсти-хелицеры. Кросс обхватил губами твердый сосок, дотронулся ладонью до промежности и попытался грубо раздвинуть ей бедра.
— Только ты и я… только ты и я…
— Пусти, мне больно!
— Ты забудешь его, ты все забудешь! Моя, моя, ты только моя!
— Оскар!
— Молчи! Пора отдать супружеский долг, милая. И с процентами. Ох и задолжала ты мне. Мы же ведь еще женаты, давай-давай, пришло время рассчитываться.
— Ты опять делаешь мне больно!
Внезапно лицо Кросса исказилось жуткой гримасой. Все оттенки страдания с примесью удивления, негодования и злости смешались в одну экспрессивную палитру.
— Ты сам виноват! — крикнула Дана и отскочила к водопаду.
Пришлось применить крайнее средство — удар коленом по яйцам. Но это охладило пыл отвергнутого мужа только на пять секунд. Боль мгновенно трансформировалась в ярость. Кросс сбросил маску влюбленного страдальца и кинулся на Дану с кулаками.
— Сука! Не хочешь по-хорошему?! Сейчас я тебе устрою!
Леденцова отступила еще на шаг и мощный поток хлынул на её голову.
— Пошел прочь! Уйд…
Слова застряли в горле, когда Оскар вцепился в него пальцами. Дана вложила всю силу в удар и ответила звонкой пощечиной. Голова Кросса откинулась, в глазах потемнело, но он быстро пришел в себя.
— Гадина!
Бабочка превратилась в кошку и выпустила когти. На бородатой щеке вспыхнули три глубоких царапины, проступила кровь, которую тут же смыл водопад. Дана отбивалась как могла, но силы были слишком не равны. Муж слетел с катушек. Вся обида и ненависть, которая скопилась в нем на острове, резко закипела и выплеснулась как из камчатского гейзера.
«Спаси меня. Пожалуйста. Защити! Он убьет меня! Он обезумел!»
Кросс зарычал. Он схватил запястья Даны и притянул девушку к себе. На руках будто сомкнулись стальные кандалы, кисти онемели от боли. Она пронзительно вскрикнула.
— Хватит выделываться!
— Помоги мне…
— Я видел вас! Я всё видел! Ночью на пляже! Какая же ты стала шлюха! Нет, ты всегда была ей! Тебя нравится быть шлюхой, это твоя сущность, твоя природа!
— Молю…
— Я могу прикончить тебя здесь и сейчас. Свернуть маленькую цыплячью шейку! Утопить в твоём любимом водопаде! — Оскар кричал и брызгал слюной.
— Защити…
Губы Даны едва слышно шептали слова о помощи. Водопад заглушал голос, Кросс ничего не мог разобрать в её бормотании. Бесконечный поток падал на них, заливая глаза и в тот момент, когда силы почти покинули Леденцову, Кросс неожиданно отпустил её. Вот и возмездие. Оскар схватился за голову, хрипло застонал, его ноги подогнулись и он рухнул на спину.
Дух острова услышал молитву. Водопад сбросил на Кросса метровое полено толщиной с руку и угодил точно в лоб. Вода рядом с Оскаром окрасилась кровью.
Несмотря на всю ненависть, Дана поспешила к нему на помощь. Она вытащила мужа из воды пока он не захлебнулся и осмотрела рану.
— Приличное рассечение.
— Какого чёрта? Чем ты мне заехала?! О, моя башка…
— Это не я. Это Остров. Это его дух и мой покровитель. Я под его защитой, если ты до сих пор не понял.
— Чего? Дух?! Тебе тоже что-то на голову упало?! — огрызнулся Оскар.
Дана поняла, что жизни мужа больше ничего не угрожает, выбралась на траву и быстро оделась.
— Слушай внимательно. Если ты еще раз причинишь мне боль — ты умрешь. Если ты покусишься на мою свободу — ты умрешь. Если ты сделаешь плохо моим друзьям — ты умрешь. На этом Острове свои правила. Соблюдай их, если хочешь вернуться домой.
— К черту твой остров! К черту тебя и твоего трахаря!
— Там на пляже я предупредила тебя в первый раз. Сейчас второй и последний. Оставь меня, Оскар. Я не хочу твоей крови.
— Да уж. Это заметно, — по лицу Кросса струились розовые ручейки.
— Ты сам виноват. Делай выводы. Ты можешь мне не верить и считать сумасшедшей, но если нарушишь правила, то тебя ждешь страшная и мучительная смерть. Подумай, строит ли рисковать.
— Пошла ты!
— Да, я пойду. А ты останешься здесь и промоешь рану. Благодари Богиню Любви, что это был не валун с вершины горы.
— Пфффф, — презрительно фыркнул Оскар.
Леденцова развернулась и пошла к пляжу. Но прежде, чем она скрылась в лесу, муж крикнул ей:
— Дана!
Девушка обернулась. Кросс стоял на каменистом бортике и поглаживал член:
— Ты всё равно будешь моей.
Ветер стих, пришлось грести. Плот двигался медленно вдоль береговой линии, огибая западную оконечность острова. Лев уже порядком вымотался, но все равно чувствовал себя счастливым. Мальчик, живший внутри него, ликовал.
Он словно оказался внутри книжки про пиратов, необитаемые острова и морские приключения. В детстве Лев читал про это запоем. И вот теперь всё свершилось по-настоящему. К счастью без пиратов. Зато с рыжеволосой красавицей, которая осталась ждать его у костра и взволнованно смотрела вдаль, переживая о своём герое.
Донской поправил вялый, безжизненно повисший парус из полиэтиленовой пленки:
