– А неплохо, неплохо, – задумчиво протянул Клещ, словно увидел в этом игру спонтанности и дерзкий вызов. – Что ж, полагаю, всем пора приступать к делу. Каравеллу нам не потянуть – людей не хватит. На буксире тащить – слишком опасно. Так что придется грузить тростниковый сахар на бриг, сколько влезет. – И он тут же начал быстро отдавать другие распоряжения: – Корабельщики – подлатайте «Рапиру», с каравеллы можно утащить материал для починки. Кто на паруса – ставьте полный бейдевинд. Все остальные – быстрей в трюм, берем ящики и отцепляемся.
Внимание! Вы собираетесь присвоить данное судно себе.
Подтвердить?
Корабль «Рапира» (3 уровень, бриг) будет присвоен вам через 60 минут. В течение этого времени вы не должны покидать корабль или выходить из виртуальной реальности. В случае смерти вашего персонажа захват судна будет отменен.
Времени осталось: 59,59…59,58…59,57…
Час! Целый час я не должен умереть!
Казалось бы, в чем проблема? Ведь мы благополучно пополнили трюм сахаром, расправили потрепанные паруса и отправились дальше бороздить море, несмотря на одну расщепленную мачту и частично испорченный такелаж. Вот только никто не учел тот факт, что наш абордажный бой не был скрыт от глаз посторонних. В том числе и от огромного испанского галеона, неспешно режущего носом воды Карибского моря. Если в пиратской среде придти на помощь — не моветон, то уж точно не в испанской. И потому военный галеон сразу сменил курс, завидев неладное.
Вообще, бриг – судно быстроходное, если он, конечно, целый. В нашем же случае фок-мачта практически перестала функционировать, и двигались мы только за счет грот-мачты и кливеров. Корабельщиков было слишком мало, чтобы успеть починить рангоут, не говоря уже о том, что больше половины из команды впервые находились в виртуале.
Клещ, конечно, старался их чему-то научить – как и маневровых, и канониров, и рулевых. Он долго ругал себя за невнимательность – заметь он корабль сразу после боя, мы смогли бы дать достойный отпор сразу и с «Рапиры», и с каравеллы, заманив галеон в нужное место. А сейчас только и оставалось уходить от нависшей проблемы как можно дальше.
Поначалу все шло не так и плохо: галеон если и настигал, то не слишком быстро. Однако чем ближе к нам становилась громадина, тем меньше ветра заходило в наши паруса – галеон «крал ветер», причем, по словам напарника, делал это весьма умело. Еще бы – корабль сорок второго уровня!
Сперва мы сбрасывали в воду небольшие бочки, напичканные порохом и аккуратно сложенными дымящимися фитилями — отличная альтернатива мин. Увы, большого эффекта они не принесли. Бочки взрывались либо сильно раньше, чем приближался галеон, либо их хлюпающие взрывы не наносили кораблю никакого урона. Далее в ход пошел тростниковый сахар, который все же пришлось выкидывать за борт — требовалось снизить груз брига. Следующими за борт могли бы пойти пушки, но в последний момент Клещ заявил, что и это не поможет — оставалось около сорока минут до присвоения «Рапиры», и за это время галеон нас догонит при любых обстоятельствах.
И тогда мы стали усердно готовиться к бою. Банить пушки, таскать ядра, заряжать мушкеты и аркебузы, некоторые даже натачивали сабли. Часть команды, убитая во время абордажа каравеллы, распаунилась в гамаках, но таковых было где-то с дюжину. В самом деле, кто будет ждать, пока точка респауна «откроется», если можно выбрать Порт-Ройял? «Рождаться» на корабле можно только в отсутствие боя, а потому многие, пролив свою кровь первыми, естественно появлялись на Ямайке, решив, что с бригом покончено. Коротко обрисовав все произошедшие события тем, кто все же вернулся на «Рапиру», пиратов приструнили к делу.
С каравеллы забрали не только не понадобившийся в итоге сахар, но и все оружие, какое могли унести. Это были сабли, палаши и шпаги из трюма. Те же вещи, которые попадали от убитых испанцев, нельзя было присвоить себе. При желании ими можно сражаться, если нет под рукой собственных клинков, но после респауна чужое оружие не появится, в отличие от своего.
В этом вообще есть что-то забавное, подумал я. Тебя убили, и ты появляешься со своими пистолетами и клинками. Но в это же самое время они валяются возле твоего трупа – или, точнее, их копии. Их может поднять кто угодно, но никто не сможет сделать их своей собственностью — только временно попользоваться. Продать или подарить их тоже не получится. Даже если оригинальные клинки обладают повышенными характеристиками, то их «копии» будут пустыми.
