Быстро вернулся на базу. Водитель экскаватора на месте и через полчаса мы уже ехали по улицам Гуанабо, но тут же столкнулся с новой проблемой. Здоровенный и высокий КРАЗ, с торчащей ковшом экскаватора никак не мог проехать к пляжу. Узкие прибрежные улицы, блин, не давали как следует повернуть или развернуться, а многочисленные электрические провода низко висели над дорогой. Помучившись так с час, я разозлился хорошей русско-военной злостью и как Наполеон решительно махнул рукой на улицу, выходящую к пляжу. Перед въездом КРАЗ остановился и из кабины выскочил водитель.
– Товарищ старший лейтенант, да я тут им все провода на машину соберу… Отзвиздюлят нас…. – И зачесал озадаченно затылок.
Проблема была в том, что мы были в гражданке. Бойцы в брюках и рубашках с короткими рукавами, а я в шортах сделанных их потрёпанных джинсовых штанов, да ещё по нынешней моде разлохмаченных внизу. Потная майка и на носу тёмные очки в стиле Сильверста Стеллоне. Да таких могут и отметелить местные аборигены. Были бы по форме…., а тут вот так. Но это были такие мимолётные, достаточно лёгкие мысли, от которых по молодости и русской бесшабашности, как правило, отмахиваются.
Сказав русское магическое слово – Хусим, я опять махнул рукой и поехал первым. Сзади заревел двигатель КРАЗа и, весело собирая на стрелу экскаватора все провода, под хорошее искрение электричества, вопли и крики жителей, мы довольно шустро промчались по улице и умчались к вожделенной куче песка, пока местные прочухивались – Кто? Зачем? Куда и какие скоты?
Фигня всё это. Самосвал будет ездить по другой дороге, а КРАЗ вечером уведу по кругу, вокруг города. Заодно и на завтра разведаю безопасную дорогу. Работа пошла сразу весело и активно. Поставил удобно КРАЗ и давай мослать на самосвал песок. Одна ходка максимум двадцать минут. Через час я заскучал и стал подумывать, что надо бы в самосвале старшим поездить, но и с другой стороны экскаваторщика одного не хотелось оставлять. Было смутное ощущение приближающихся неприятностей и я стойко боролся со скукой, бесцельно бродя по берегу.
Предчувствия меня не обманули. Из прибрежной улицы неожиданно выскочил открытый УАЗик, заполненный кубинскими военными и ринулся в мою сторону или в нашу, потому что я в этот момент стоял у экскаватора и разговаривал с бойцом. Из резко остановившегося УАЗика выскочили кубинские бойцы, напали на меня и профессионально завалили лицом на песок, заломив назад руки, после чего одним движением больно надели наручники на запястья. Разобравшись со мной, требовательно замахали, бойцу и тот растеряно вылез из кабины на песок. Но ему, слава богу, ласты не стали крутить, лишь многозначительно помахали кулаками перед рожей и веско сказали по-испански – Конец работы…. И, подняв меня с песка, стали грузить в УАЗик. Уже сидя в машине: всем телом, усиленным морганьем глаз и другими телодвижениями, телепатически, постарался передать водителю КРАЗа основную мысль – Я задержу их…., а ты грузи самосвалы по максимуму.
И, как это не удивительно, но боец понимающе мотнул головой, провожая взглядом отъезжающую машину. Ехали мы минут десять и остановились перед высоким каменным крыльцом здания явно штабного типа. Вывеска, входящие и выходящие военнослужащие, в основном офицеры, только подтверждали это. Мне помогли вылезти и, слегка, но болезненно подталкивая в спину в районе почек, повели вовнутрь. Под любопытными взглядами встречавшихся военных, поднялись на второй этаж, прошли по нему чуть-чуть и зашли в большой кабинет, где меня обступило несколько офицеров и сходу, агрессивно, стали задавать вопросы: – Кто такой? Как зовут? Что делаю здесь и почему стал копать песок?
Я прекрасно понимал о чём меня спрашивали, но обрадовано и непонимающе вытаращил глаза. Чем вызвал разочарованные всплески руками и общее мнение – Хоть и русский, но – Идиот…
Они как-то сразу потеряли ко мне интерес, оставив на некоторое время в покое. А я продолжал сидеть, наблюдая за рутинной работой кубинских офицеров, гадая – Куда попал и как долго продлится мой арест? В довершение ко всему, чёртовы кубаши, сильно сдавили наручниками запястья и они стали затекать. Но, слава богу, хоть ссать не хотелось, а то по закону подлости – могло и захотеться.
Но уже через полчаса обстановка резко изменилась. В кабинет вошла стройная и темнокожая кубашка с погонами старшего лейтенанта и сразу же, на хорошем русском языке, спросила: – Кто вы такой?
– Ну, наконец то…, – сварливо заворчал я, – скажите им чтоб, наручники сняли, а то руки затекли.
Вокруг нас снова собралась целая куча любопытствующих и кубашка кинула несколько фраз, после чего с меня сняли наручники. И дождавшись, когда я перестал разминать запястья, ледяным тоном опять задала уже несколько вопросов: – Кто вы такой? Кем работаете? Цель вашей работы?