– Ты же помнишь, тогда по тревоге батарею подняли, а меня посредником на огневую позицию назначили. Нормально и по светлу совершили марш в Канделярию, развернулись на старых огневых позициях. До ночи успели провести выверку прицельных приспособлений, буссоль проверили. Всё нормально и никаких подвохов не ожидали. Всё как обычно. Ночью подвезли снаряды и мы зарядили в пакет основной машины 15 «огурцов». Ну и всё. В 23:30 пошла команда, потом основной залп в 8 снарядов. Я главное успел снять «буссоль огня» и удостоверился – всё правильно. Но когда увидел на горизонте вспышки разрывов – зачесал репу. Что-то в стороне, вроде бы. Не так чтоб много, но как-то так не совсем правильно…. Цель то была в районе «Рощи Кокосовой» на дальнем конце полигона, а разрывы ушли правее. И Эдик, старший офицер на батарее, тоже всполошился, хоть и темно, но ему тоже показалось – не туда…. А тут с КНП вопли – Вы чё там – Охерели? Проверить установки…
Блядь, проверяем – всё нормально. Так и докладываем. С КНП ещё больше воплей – Долбоёбы, дебилы…. И через пятнадцать минут толпа начальства прилетает на ОП. Проверяют привязку, ориентирование буссоли, боевых машин, прицелы и довороты и ругань постепенно смолкает. Все чешут затылки. Всё правильно. Уезжают обратно на КНП и вроде бы пошла команда на новую цель… Вдруг всё прерывается, команда «Отбой» и срочно совершить марш в Пункт Постоянной Дислокации. В таких непонятках прилетаем сюда, а нас здесь уже ждут особисты. Собирают всех офицеров, кто причастен к боевой стрельбе, на машину и в Гавану. Чего, что, зачем, почему? Никто не объясняет, а выгружают нас на «площади Революции» и прямо перед трибуной строят в одну шеренгу.
– Да…, – не удержался я, перебивая товарища, – это ж всё равно как если бы вас на Красную площадь привезли и перед Мавзолеем построили…
– Да…, и расстреляли бы. – Мрачно пошутил рассказчик, – да к расстрелу практически всё и шло. Ночь, под утро, стоим по стойке «Смирно». Правофланговый Главный военный советник и все его приспешники, потом комбриг со своими, потом мы. Я самый крайний. Вокруг кубинские автоматчики из охраны Рауля Кастро, а он сам в бешенстве бегает вдоль строя и орёт.
– …..Мы каждый день меняем маршруты движения Фиделя, держим в секрете, куда он поедет и когда. Ночует каждый раз в разных местах, чтобы ни один диверсант и враг не смог совершить покушения на вождя кубинской революции. А тут приезжают советские и первым же залпом накрывают Фиделя. И где? А 150 километрах от Гаваны, где его никто и не ждёт….
Все эти вопли, крики, ругань длятся примерно полчаса. Трахали всех, по очереди, кроме меня. До меня просто не дошла очередь – все устали и сдулись к этому времени…
Наконец-то Рауль прыгнул в свою машину и умотался со своей охраной. Но перед этим поставил Главному советнику задачу – Разбирайтесь, потом доложишь мне.
Вот тут то всё и всплыло. Оказывается Фидель решил немного порыбачить, понырять ночью и поехал из Гаваны на озеро с глупым названием «Политбюро». Потом уже особисты под большим секретом рассказали. Что там у него есть каса, куда он иной раз приезжает порыбачить. Озеро это соединяется с океаном длинным проливом, который охрана перегородила металлической сетью, чтобы не заплывали акулы и не мешали рыбачить. Хотя чего он там ночью мог в воде нарыбачить – не пойму.
Ну и как раз в этот момент, они приехали. Пока готовили касу и всё остальное, Фидель с ближайшей охраной отъехал на берег. Быстро облачился в снаряжение и нырнул в сопровождении нескольких аквалангистов, а через несколько минут туда лёг наш залп. Хорошо дальность была большая и разлёт тоже был приличный. Убить никого не убили, а вот переранили да контузили многих. Слава богу, ни один снаряд не упал в воду – а то Фидель бы всплыл брюхом к верху.
Приехали после площади к себе. Разложили боевые документы, артиллерийские расчёты – всё правильно и отработано в полном объёме, что у командира батареи, что у СОБа, так и у командира боевой машины. Закончив с документами, все «зачесали репу». Рассчитано всё верно, а лупанули вправо довольно прилично. Ну не может этого быть. Может дело в буссоли. Пошли в парк, расставили буссоль и выверили её, после чего прямо в парке развернули боевые машины и сориентировали их. Оп-па-на…. Пакет третьей боевой машины, как раз виновницы происшедшего, в отличие от других машин «смотрит» сильно вправо.
– Селиванов…, – заорал СОБ, – ты чего там выставил?
– Да всё правильно я поставил угломер, товарищ старший лейтенант, – «убитым» голосом прокричал командир машины.