– Товарищ капитан, – сказал я жёстко и непримиримо, вставая со стула, – своего личного отношения к вам менять не собираюсь, а по поводу утреннего халатного своего отношения -признаю. Я был неправ и обязуюсь впредь такого не повторять. А теперь, товарищ капитан, разрешите идти выполнять свои обязанности дежурного по учебному центру.
Плишкин болезненно поморщился и тоже встал: – Цеханович, ну что ты в позу становишься. Давай сядем и спокойно всё обсудим. Нам с тобой ещё почти год вместе служить и общаться по разным вопросам.
– Товарищ капитан, – продолжил я официальным тоном, – мы с вами ещё пуд соли не съели, но у меня о вас, как о человеке и замполите, сложилось твёрдое мнение. И случай с Желтковым только укрепил его. Поэтому у меня нет абсолютно никакого желания обсуждать это моё мнение. Со своей стороны обещаю, что служебные отношения у нас будут нормальные. Как ни как вы заместитель командира дивизиона. Разрешите, я всё-таки пойду. Мне ведь надо результаты вечерней поверки оперативному дежурному докладывать.
– Зря…, зря…, так поступаешь, товарищ Цеханович, – с сожалением протянул замполит.
Я остановился в дверях и повернулся: – Может быть и зря. Всё-таки у нас разные «весовые категории». Но надеюсь на вашу порядочность.
Дождавшись, когда замполит ушёл из расположения домой, я решил немного развеяться и развлечься не совсем обычным способом.
Предупредив, ухмыльнувшемуся помощника, куда я пошёл, вышел на плац дивизиона, прошёл между казармами второй и первой батареи, мимо солдатских душевых и кипятилки и встал в тени правого угла солдатского туалета. Ночь была ясная, с высыпавшими на небе кучами ярких звёзд. Но основным светилом была полная луна, которая освещала происходящее на поляне в мельчайших подробностях. А там шло активное порево.
То что солдаты по ночам трахают кубашек за туалетом знали все офицеры. И у каждого подразделения были свои места, куда приходили сутенёры с проститутками. Например, у пехоты с «четвёрки» было своё место в кустах на горке, за сараем взвода управления реактивного дивизиона. У танкистов своё и у других тоже. Хоть и заявлял Фидель Кастро на весь мир, что он покончил с проституцией на «Острове Свободы», но всё это было только заявлением.
Лёгкие сексуальные отношения на Кубе, где изнасилование считалось лёгким хулиганством, наследие прошлого, когда Куба считалась и реально была Публичным домом Америки, горячие латиноамериканские отношения, всё это сводило на нет усилия по искоренении проституции.
Вчера солдатам выдали зарплату, чтобы они закупили необходимые вещи на лагеря, а сегодня, прознав про деньги, пришли сутенёры с пятью бабами.
Всё происходила буднично и по отработанной схеме. Два сутенёра, четыре – пять кубашек. Чёрные, белые. Сутенёры и проститутки приходят на поляну и приносят с собой по количеству баб секундомеры, бабы несут с собой тощие матрацы или зачуханные и грязные пледы, которые с деловым видом аккуратно раскладывают на траве в ряд на расстоянии одного метра друг от друга. Рядом кладут кучу тряпок для подтирания. И несколько бутылок с водой – попить…, ну и может подмыться. Раздеваются догола и, бесстыдно раскинув ноги, ложатся. К этому времени в пяти метрах выстраивается очередь солдат в синих армейских трусах до колен и с полотенцами в руках и по команде одного из сутенёров первая партия подходят к лежащим кубашкам, разглядывают их и решают, кто кого будет трахать. Сдают деньги сутенёрам и те включают секундомеры. Такса была следующая: белая – десять песо, чёрная – пять песо за три минуты.
Включаются секундомеры и бойцы кидаются на баб и иной раз случались забавные случаи. От сексуальной голодухи бойцы кончали быстро и вполне укладывались в три минуты. Но иной раз кого-нибудь переклинивало и тогда один из сутенёров вскакивал, подбегал к бойцу и легонько хлопал того по заднице: – Компанеро…, компанеро…, фин…, финн трабаха… (то есть – товарищ, товарищ, кончай работать)
А боец, выпучив глаза от предвкушения, что сейчас, вот-вот… он кончит, а тут ему мешают, отвлекая разной хернёй, возмущённо орёт: – Пошёл на х…й…. еба….ая обезьяна…. Да заплачу я тебе… ООООУУУууууоооооо…… Кончиллллллл…..
Начальство требовало от дежурных и ответственных, чтобы те не допускали и гоняли cолдат. Но офицеры подразделений дружно игнорировали, прекрасно понимая, что если они «перекроют этот крантик» здесь, то боец просто уйдёт в самоход и всё равно оттрахает кого-нибудь и «спустит пар» и тоже в антисанитарных условиях. А так пусть лучше здесь….. Так сказать – на виду….
Это всё я и увидел на поляне, очередь бойцов в двадцать человек, двоих незнакомых сутенёров и таких же неизвестных баб. Видать какие-то новых. Тогда есть повод вмешаться и развлечься по полной программе, да и повеселить наряд.