Та же лодка, продолжая путь к острову Понапе, поймала около семи часов утра еще одну радиограмму. По причине неблагоприятных атмосферных условий слышимость была неважная, но сообщение повторялось несколько раз через правильные пятиминутные интервалы, а потому удалось записать его текст полностью. Вот что оно гласило:
МИСС ПАРЖИЗЕК ОБЕЩАЕТ НЕ ПОЗДНЕЕ КАК ЧЕРЕЗ ДВА МЕСЯЦА ПРОИЗВЕСТИ ПЕРВЫЙ АТОМНЫЙ КЕКС ТЧК ВПЕЧАТЛЕНИЕ ОШЕЛОМЛЯЮЩЕЕ ТЧК МИР ПРОБУДИСЬ ТЧК ГРЕЗЛЬ
Все три радиограммы были одновременно приняты британской и американской эскадрами, которые направлялись к острову с противоположных сторон. Британская эскадра находилась в ту минуту в ста двадцати милях восточнее острова Францис, американская – в восьмидесяти милях западнее острова Хайленд. Обе эскадры отделяло от острова Бамхо одинаковое расстояние – приблизительно в триста миль.
– Как?! – воскликнул адмирал лорд Геннинг на британском флагманском корабле «Мирный». – Мисс Паржизек оккупировала остров Бамхо? Тем лучше. Он ей не принадлежит и никогда не принадлежал. Вне всяких сомнений, здесь налицо акт агрессии. Мы обязаны вырвать добычу из рук агрессора. Кто, собственно, владелец этого острова?..
– Патагонская республика, – ответил сэр Антони Сиверт, советник лорда Геннинга по правовым вопросам.
– Well.[13] Сколько нам должна Патагония?
– Девятнадцать миллионов сто восемьдесят тысяч триста фунтов девять шиллингов и семь с половиной пенсов, сэр, – ответил с готовностью Самуэль Фишер, советник лорда Геннинга по финансовой части.
– Благодарю вас, господа!.. Итак, мы оккупируем остров Бамхо и поднимем на нем британский флаг. Республика Патагония останется нам должна только девятнадцать миллионов восемьдесят тысяч триста фунтов, девять шиллингов и семь с половиной пенсов, ибо больше чем сто тысяч этот остров не стоит. Ровно в полдень мы подойдем к острову Бамхо на расстояние орудийного выстрела. Прошу вас, сэр Гамильтон, дать приказ всей эскадре быть в боевой готовности.
На палубе американского флагманского судна «Хижина дяди Тома» адмирал Снэки выслушал сообщение о занятии тетушкой Каролиной острова Бамхо с неменьшим спокойствием.
– Кому, собственно, принадлежит этот остров? – спросил он.
– Патагонии, – ответил мистер Коре, дипломатический советник адмирала Снэки.
– О'кей! В полдень он будет принадлежать Пентагонии. Разница в двух буквах. Ее никто не заметит.
Обе эскадры увеличили скорость на четыре узла и изменили курс на один румб – остров Бамхо лежал в десяти милях к северо-востоку от острова Бимхо. Теперь корабли шли, сохраняя строгий боевой порядок; трудно было не залюбоваться этой прекрасной картиной.
Радиопередатчик мистера Тернболла стоял на уединенной полянке у бухты Ракушечной. Это было очень удобное место. С трех сторон полянку закрывал густой лес, с четвертой – глубоко внизу, под крутым обрывом – билось о прибрежные скалы море. Мистер Тернболл и мистер Грезль переправили сюда радиопередатчик вскоре после полуночи, выждав момент, когда бамхийский народ, сваленный с ног кексовыми излишествами, погрузился в крепкий сон и опасность быть замеченными не угрожала.
Добираться от берега до поляны по крутому склону с тяжелым грузом оказалось нелегко. Пока перетаскали благополучно всю хрупкую аппаратуру наверх, пришлось проделать этот путь дважды. Во время второго рейса они увидели на песке около линии прибоя какой-то ящик. Взломали его и обнаружили там семь автоматов. Возблагодарив судьбу, по милости которой море принесло им с «Алькантары» этот драгоценный груз, они отнесли оружие наверх и спрятали в чаще.
Затем мистер Тернболл начал передачу. Мистер Грезль тем временем вернулся в деревню, тихо разбудил жриц и остальных спасшихся с «Алькантары» пассажиров, и, никем не замеченные, они прибыли на поляну к мистеру Тернболлу.
Близился рассвет. Звезды тускнели, непроглядная тропическая ночь посветлела и стала похожа на черный шелковый фонарь, в котором вместо свечи кто-то по ошибке зажег луну.
После продолжительных споров беглецы решили, что в полдень, когда бамхийский народ будет занят обедом, мужчины окружат деревню, силой оружия сломят возможное сопротивление и возьмут в плен тетушку Каролину.
Совещание окончилось в шесть часов. Солнце уже весело смеялось на небе, полянка сверкала свежими красками утра, и группа людей, лежавших на траве и занятых чисткой автоматов, выглядела очень живописно.
В десяти милях к югу от острова Бамхо лежит атолл Эоа-Оэ, он возвышается над линией высокого прибоя всего на несколько сантиметров; ураган, промчавшийся накануне, сдул в море большую часть кокосовых пальм, растущих на острове, стадо тощих коз и двадцать две курицы. Короче говоря, все пищевые ресурсы.
Зато на остров пришла весть о могущественной королеве весом в семь с половиной больших черепах (Chelonia herculea), которая ступила на берег соседей-бамхийцев, держа в руке желтую птичку в клетке, и привела с собой одиннадцать на диво откормленных женщин; каждой из них хватило бы для пропитания средней эоа-оэйской семьи не меньше чем на полгода.