Группа граждан, погибших от несчастных случаев, получает второй шанс. Для этого следует пройти двенадцать островов, наполненных всевозможными опасностями. При этом следует выжить и опередить конкурентов. А в самом конце десять счастливчиков войдут в ворота, откуда вернутся в свой мир, в то же время, только живыми.Приключения героев на третьем острове, представляющем собой один большой лабиринт.
Утром следующего дня, когда все раненые чувствовали себя хорошо, даже у Василия правая рука стала почти одного размера с левой (но работала по-прежнему плохо, поэтому он предпочёл оставаться левшой), мы распрощались с монахом, после чего двинули вперёд.
Святой отец произнёс напутственные слова:
— Впереди вас ждёт один из самых сложных этапов. Важно будет не отчаяться, не потерять присутствия духа и крепко держаться за своих друзей. А ещё нужно думать, разум побеждает вернее, чем сила.
После этого он замолчал, а несколько высказанных хором уточняющих вопросов откровенно проигнорировал. Поняв, что он него больше ничего не добьёмся, мы пошли дальше.
Третий остров не хотел открываться до последнего, туман войны рассеялся только за три метра до окончания моста. Увиденное нас сильно озадачило. Вместо морского берега нашим глазам предстала стена, да не просто стена, а стена чудовищных размеров. Мало того, что правая и левая оконечность терялись вдали, так ещё и высота была невероятной, вполне на уровне небоскрёбов нашего мира. Василий едва не сломал себе шею, пытаясь разглядеть вершину.
— Этажей сорок, — уверенно заявил он.
— На пустыню мало похоже, — заметила Ульяна.
Тем не менее, перелезать через стену не пришлось. От моста шла ровная прямая дорога, заканчивающаяся входом. Стальные двери были гостеприимно распахнуты. Мы остановились в нерешительности.
— Идём? — спросил я у остальных, стараясь добавить в голос уверенности.
— А куда деваться? — за всех ответил Борис.
И мы пошли, за дверью царил полумрак, вперёд уходил широкий коридор с сырыми каменными стенами. Стоило последнему участнику перешагнуть порог, как двери с громким лязгом захлопнулись. Присмотревшись, я разглядел, что дверей больше нет, на их месте была точно такая же каменная кладка.
— Приплыли, — поведал нам Семён очевидную истину.
— Без паники, — попытался возразить я. — Нам назад и не нужно, нам вперёд надо идти. Вот он, коридор, по нему и пойдём.
Дальний конец коридора терялся во мраке, свет здесь был, но тусклый, а источник его оставался неизвестным, словно бы светились стены, пол и потолок, идущий человек не имел тени. Чуть дальше по коридору виднелось светлое пятно. Я предполагал фонарь, но вблизи оказалось, что это пятно светящегося лишайника на стене. Алик тут же ожил и, вынув из рюкзака коробочку, начал соскребать ценный ингредиент.
— У монаха покупал по монете за унцию, — проворчал он. — А тут хоть лопатой греби.
— Полезная вещь? — спросил я.
— Более чем, шесть или семь рецептов есть с её участием. Яды, лекарства, зелья, повышающие характеристики.
— Это всё очень интересно, — заметил Василий. — Вот только куда дальше идти?
Вопрос был на миллион. Коридор, по которому мы шли, упирался в стену, на которой, собственно, и было пятно лишайника, а вправо и влево отходили ещё два коридора поуже. Надо было выбрать путь.
— Налево, — решительно сказал я.
Спорить никто не стал, только Алик, закончив скоблить стену, написал рядом светящейся массой букву А.
Левый коридор скоро повернул вперёд, потом мы упёрлись в лестницу, поднимавшуюся на второй уровень, потом, уже поднявшись, мы снова упёрлись в развилку.
— Думаю, всем всё понятно, — сказал Василий. — Трёхмерный лабиринт размером с остров. Если нет никаких закономерностей, то проходить мы его будем лет десять.
— Вот почему он советовал взять воды побольше, — вспомнил я. — Пока попробуем выдерживать направление.
Выдерживать направление у нас пока получалось, мы помнили, в какой стороне находится противоположный конец острова. Но вряд ли это сильно приблизило нас к результату. Мы всё глубже погружались в недра лабиринта, несколько раз коридоры поворачивали назад, тогда приходилось возвращаться. Светящийся мох, который Алик исправно соскребал повсюду, был отличной краской, которой мы метили стены и пол, чтобы видеть, где уже проходили.
— Теоретически, можно забраться на самый верх, — сказал Василий во время очередного привала, когда все присели отдохнуть и выпить по глотку воды. — Тогда трёхмерный лабиринт станет двумерным.
— Думаешь, ты один такой умный? — скептически спросила Ульяна. — Уверен, что на верхнем этаже проходы не заканчиваются тупиком?
— Ну, да, — вынужден был признать программист. — Очень даже вероятно.
— Ещё момент, — вступил в разговор Алик. — Странно, что мы здесь одни. Как ни крути, а мы должны зарабатывать опыт, добывать деньги для торговца, рисковать жизнью.
— С риском тут всё прекрасно, — заметил я. — Еды у нас на пару недель, воды ещё меньше, а потом придёт очень нехорошая смерть.
— И тем не менее, расслабляться не надо. Ещё меня запах беспокоит, как в склепе, кто-то здесь умер, хоть и очень давно.
— Наши предшественники, которые не смогли выйти, — сказал я ему.
