– Да вот, эта зеленая тварь чуть меня не сожрала, – пояснил Николай, побледневшее лицо которого всё ещё выглядело напряженным. – Я толком ничего не видел. Шел вдоль реки, продираясь, сквозь мангровые ветки, и вдруг сзади услышал какой-то резкий свист и звук удара чем-то тяжелым. Обернулся и обнаружил это чудовище, которое с разбитой головой извивалось в полутора метрах от меня. Умереть от этой гадины совсем не хочется. Даже дрожь берет. Это не пуля или граната, а гораздо хуже.
На земле среди кучек сухого хвороста, кусков коры и опавшей листвы растянулось тело зеленой змеи с широко распахнутой белой пастью. Рядом с её размозжённой головой валялся внушительный округлый камень с прикрепленным к нему кожаным ремешком.
– Метра два с лишним будет. Внушительный экземпляр. – Заметил Виталий. – Кто её так? Ловкий удар. Вы что-нибудь видели? – и обернулся к майя, которые всё еще оживленно продолжали обсуждать на кечуа это необычное событие.
– Это кто-то из тех индейцев, которые шли за нами весь день, – ответил Чейтон. – Он спас его, – добавил он, указывая на Николая.
Мы видели, как этот воин вышел из зарослей на противоположном берегу реки и, размахнувшись пращой, метнул камень в голову змеи, которая гналась за сеньором Ником и собиралась атаковать его.
– Что это за змея? Откуда у неё такая злость? И почему она набросилась на Ника? – не унимался Виталий, вновь обращаясь к касику каибилис.
– Мы зовем её экис. Одна из самых коварных и злых змей в этих местах. Она всегда атакует, когда кто-то нарушает её территорию.
– А эти индейцы? Как они оказались здесь, да ещё и на другом берегу?
– Они всегда были рядом, – отвечал Чейтон. – Они и сейчас недалеко от нас. Наблюдают за нами.
– А как же индеец смог попасть камнем точно в голову змеи, которая перемещалась бросками. До другого берега реки не менее восьмидесяти, а то и все сто метров будет, – поинтересовался Виктор.
– Он из незнакомого нам племени, которое является частью большого народа. Даже в среде своих соплеменников они занимают особое место. Никто с ними в Амазонии не связывается. Говорят, что они рождаются с оружием в руках. Всю жизнь проводят в походах. Никто не видел, где у них живут женщины и дети. Это воины Амазонки, которые её охраняют по повелению богов. Страшнее их только белые, как вы, индейцы, которых видели в районе Рио Негру.
– Ну, что ж, всё складывается пока удачно, – улыбнулся Виктор.
– Что ты увидел в этой ситуации хорошего? – одновременно, почти хором воскликнули Николай и Виктор. – Мы окружены индейцами, которых боятся даже майя. Мы не знаем их численности и по существу беспомощны. Не забыл, что сам говорил, что наше оружие против них бесполезно. Мы лично считаем, что шансы на жизнь у нас уменьшаются до минимума.
– Наоборот, – уже серьезно ответил Виктор. – Нам повезло, если хотите. Эти индейцы спасли Николая и спасли не случайно, и не из чувства человеколюбия. У них представление о смерти другое, чем у нас. Смерть для них не трагедия.
Так что, Николай, ты можешь благодарить бога и Тьерри, у которого так, кстати, оказался мотоциклетный шлем, в котором он гордо шествовал последние часы. Если бы не он было бы хуже, тем более, что вакцины от змеиного яда у нас нет, да мы и не знаем, каковы свойства яда у этой гадины.
Поэтому эту ночь можете спать спокойно. Кавахира будут нас охранять, хотя растяжки и выставить ночной дозор нам вновь придется выставить.
– Кстати Николай, как бальзовые деревья? Здесь есть?
– Да есть рядом подходящая рощица, – ответил Николай, находясь всё ещё в плену недавних переживаний. – Однако живые деревья рубить бесполезно. Они на девяносто процентов состоят из воды и потому очень тяжелые, в воде утонут, но есть также несколько упавших и высохших стволов. Мы сможем срезать крупные сучья и связать из них плоты.
– Вот и хорошо, а теперь вернемся в лагерь, и пора бы перекусить, – заключил Виктор.
– И выпить тоже, – живо добавил Николай.
– Конечно, и за твое второе день рождение выпить надо.
– Выпить-то мы выпьем, но, чтобы я ещё раз потащился за тобой в эти дьявольские края – никогда, уволь, – уже больше для себя пробормотал Николай, соглашаясь с Виталием.
На следующий день, стволы бальзы были принесены, обвязаны веревками и скреплены перекладинами. Получилось два относительно сносных плотика, на которых вполне удобно разместились все члены вынужденной экспедиции и поклажа, которую путешественники по неволи сочли нужным взять с собой. На берегу оставались несколько ножей и топоров в качестве подарка своим невидимым покровителям. Какое это великолепное дерево – амазонская бальза. Когда сухое – легкое как перо птицы, удобное в обработке. Недаром древние индейские цивилизации использовали бальзу для своих дальних морских путешествий, забираясь даже до островов Фиджи.
На одном плоту устроились Виктор, Николай и оба француза, на другом Виталий, Чейтон и все бойцы майя.
