Осторожно подхватываю девушку на руки. Какая же она лёгкая…
— Спасибо вам за помощь! — обращаюсь ко всем присутствующим. — Один бы я ни за что не справился.
— Ты делаешь для своего окружения всё, что можешь, — широко улыбается Глеб и резко разводит руки, разрывая пространство. — Мы просто вдохновляемся твоим примером.
— Надеюсь, в этот раз у меня тоже получится, — киваю с благодарностью и шагаю в портал.
Поле боя наконец отстаётся позади.
***
— Вели-и-икая Мать Гарафена! Вам бы врача позвать, — Велес как всегда невероятно точен в своей оценке происходящего, даже если обстоятельства застают его врасплох.
— Ящер тоже подойдёт, — киваю на зажатый в руке подсумок. — Там лекарство от порченой крови: конкуренты внезапно расщедрились. Сможешь Слепнёвым дать? А я пока о супершпионке нашей позабочусь.
Дед выхватывает у меня антидот, отключая параллельно янтарный купол. «Грамотеи хреновы», — бубнит он, одним движением скручивая крышку с флакончика.
Укладываю Ларису Ивановну на ближайшую скамейку, подсовываю ей шляпу под голову. Скидываю куртку, укрывая ею девушку, и легонько прикасаюсь к шее, нащупывая пульс.
Слабый, но есть. Уже хорошо.
Неожиданное прикосновение сзади заставляет вздрогнуть и обернуться: Верон каменной глыбой с тускло светящимся щитком на глазу возвышается надо мной.
— Чешуйчатый сказал, тебе помощь нужна, — гудит он. — Кто её так?
— Васька шипом продырявил, — всплывшее в сознании воспоминание заставляет вздрогнуть. — А потом она его из себя вырвала и как кортиком этого урода запорола.
Верон с удивлённым видом качает головой.
— Жалко девчонку — вон какая храбрая. И нам всем помогла, — он с хрустом разминает здоровенные ручищи. — Убирай тряпки с раны, колдовать буду.
Распускаю намотанные как придётся лоскуты. Отрывая запёкшийся в ране тампон, чувствую, как напрягается от боли всё тело Ларисы.
Кровь пытается хлынуть с новой силой, но Верон просто проводит ладонью над рваной дырой в теле девушки — и края тут же покрываются коричневатой коркой.
— Лучше её не шевелить пока, — спокойно произносит он. — Иначе остаток вытечет. От неё самой теперь зависит, поборет она смерть или нет.
— Если извне не добавить — не поборет, — раздаётся рядом тихий голос Матриарха. — Бледная, в себя не приходит. Тут без шансов.
— Но вы же умеете чужую кровь выкачивать! — почти срываюсь на крик. — Можете взять мою, если нужно!
— Тише, Кирилл Викторович, — Надёжа, стоящий рядом, грустно качает головой. — Взять-то можем, а разделить — только между собой. Такова уж природа нашего дара. Не подумай: и так по гроб жизни теперь обязаны, за всех говорю! Ты ж нас от участи хуже смерти спас! Только не…
Чего там отрицает младший Слепнёв я так и не слышу.
Время стремительно загущается патокой, а перед глазами высвечивается текст:
[Отряд признал усилия Кирилла Островского по сохранению их жизней и здоровья единогласно. Договор исполнен. Награда по договору получена.
Открыта способность «Магическая проводимость». Теперь «Зубастая жила» может пропускать через себя любой вид магии или энергии, воздействуя ею на цель.
Берегитесь и не отдавайте всё без остатка: мёртвые не умеют спасать живых.]
Время возобновляет ход, а я поворачиваюсь к призрачному ящеру, привлекая его внимание простым вопросом:
— Господин Велес, вы, как коренной житель Аргона, не подскажете, где я могу уединиться с девушкой часов на двенадцать так, чтобы нас никто не побеспокоил?
— Ох, помнится, сетовала она, будучи в сознании, что вкусы у вас специфичны... — прикрывает глаза призрачный дед, но я сейчас шутить не настроен.
— Так есть такое? — повторяю спокойно и со всей возможной серьёзностью. — У нас вообще-то тут человек на грани жизни и смерти.
— Как не быть? — ящер машет палкой прямо в сторону дворца старейшин. — Давай за мной, дорогу покажу.
Верон с Надёжей неведомо откуда достают огромный плащ и укладывают на него Ларису, словно на носилки. Шляпу тоже не забывают. Затем подхватывают плащ с двух сторон и быстро следуют за нами.
Велес огибает дворец и приводит нас к одноэтажному неприметному зданию позади него. Выглядит строение просто, но создаёт ощущение, что если даже весь город сравняют с землёй, — оно устоит, не получив ни царапинки.
— Прошу! — призрачный дед настежь распахивает дверь.
Нашему взору открывается резной постамент из камня, на вершине которого покоится огромный, с тарелку размером, неровно отколотый кусок янтаря.
— Некогда моё скромное жилище, а сейчас — центр силы всего Аргона, — хвастает Велес с видимым удовольствием. — Жилая комната, кстати, направо: там даже вода проточная есть.
— Красиво жить не запретишь, — бросаю рефлекторно, нервно осматриваясь по сторонам.
Распахиваю указанную дверь — и обнаруживаю уютную спальню со свежезастеленной минимум трёхспальной кроватью.
— Оу, у тебя ещё и гарем был? — присвистываю уважительно.
— Был. Пока в нём нужда имелась, — довольно скалится ящер. — Но и сейчас, знаешь ли, бывает приятно пару часиков побыть материальным, нежась на чистых простынях…
— Я ж тебе тут всё грязью пополам с кровищей перемажу, — критически оглядываю уютную обстановку. — Не жалко?
