Согласно написанному в учебнике, самой важной частью в производстве промышленных объёмов нитроглицерина был контроль температуры, так как слишком резкий её перепад мог спровоцировать сильный взрыв. Но если температура в помещении была фиксированной, то нитроглицерин можно было производить, не рискуя ничего взорвать.
Для понижения температуры в лаборатории пытались использовать лёд, но изготавливать лёд в больших количествах не могли. К тому же способность холодной воды понижать температуру была ограничена, и сильно разогретый материал остужался слишком долго. К тому же лёд тратился очень быстро, и это доставляло дополнительные проблемы.
Но ведь магия Агаты может сделать ледяной куб, в котором температура будет на несколько сотен градусов ниже нуля. Он стал бы идеальным средством для охлаждения контейнеров с нитроглицерином.
Впрочем, Роланд не знал, получится ли это в принципе, но всё же хотел попробовать. Рядом с лабораторией в момент эксперимента в качестве страховки будет Нана.
Вернувшись в свой кабинет, Роланд написал письмо с инструкциями для Кайла, вызвал охранника и приказал ему проводить Агату до лабораторий и отдать письмо главному алхимику.
Вдобавок к краткому описанию возможностей Агаты, Роланд написал ещё только что придуманную им историю о том, что Агата была всего лишь случайно забредшей сюда аристократкой. Он надеялся, что эти слова заставят Кайла немного попридержать нрав и обращаться с ведьмой так, как подобает обращаться с очень полезным на производстве человеком.
После того, как стражник и Агата ушли, Роланд немного заволновался. Кайл Сичи был слишком прямолинейным человеком, а Агата же — ведьмой из древних времён. Принц надеялся, что у них не возникнет серьёзных конфликтов.
Он хотел было сам отправиться в лабораторию, но вдруг открылась дверь, и в кабинет зашла Скролл.
— Ваше Высочество, готовы результаты по второму кругу экзаменов после курса начального образования, — улыбнулась она. — В этот раз экзамен сдали семьсот шестьдесят два человека, и примерно половина из них — взрослые.
— Так много? — обрадовался Роланд.
Первые, пробные экзамены сдавали лишь пятьдесят детей из класса Карла. То, что в этот раз примерно половина успешно сдавших экзамены людей были взрослыми, говорило о том, что программа вечернего образования начала приносить пользу. Ещё это подтвердило, что министерство образования тоже развивается — время, необходимое на получение начального образования, немного сократилось.
— Да. Вы ведь рекламируете начальное образование уже почти полгода. В этой группе учеников все люди были не старше двадцати пяти лет, а уж выучиться читать и писать не так уж и сложно.
Когда он начинал кампанию по общедоступному образованию, то не был уверен, каких именно результатов достигнет — в конце концов, в Грэйкасле это была первая кампания такого рода, так что других примеров не было.
Он множество раз обсуждал со Скролл всякие поощрительные награды и стипендии. Они пришли к выводу, что уроки для детей нужно проводить днём, а для взрослых — по вечерам, одновременно с этим запустив кое-какую рекламу, чтобы затащить взрослых в школу. И в данный момент эта стратегия приносила первые плоды.
Но, конечно же, в основном всё произошло так именно благодаря Скролл.
— Ты здорово поработала, — кивнул Роланд.
— Мне в удовольствие работать на вас, Ваше Высочество, — слега поклонилась она.
Скролл была самой старшей ведьмой в Ассоциации, и Роланд отчётливо понимал, что не может сравнить её ни с Анной, ни с Молнией, ни с какой либо другой молодой ведьмой. Скролл была просто воплощением ясности, порядка и честности. Она могла, молча выслушав какой-нибудь план, после рассказа спокойно и прямо указать на все найденные ею ошибки. Рядом с ней Роланд иногда чувствовал себя ещё мальчиком.
Он улыбнулся — Скролл была просто прирождённой учительницей! — но отодвинул эти мысли на задний план.
У него появилась новая рабочая сила, так что скоро можно будет, наконец, запустить новые фабрики.
— Позови, пожалуйста, сюда Бэрова, — радостно попросил он.
Министр ратуши быстро заявился во дворец.
С тех пор, как он начал заниматься городом, свободного времени у него с каждым днём становилось всё меньше и меньше. Залысины на лбу становились всё глубже, а паутинка морщин на лице всё отчётливее. Впрочем, уставшим он не выглядел вовсе — он, наоборот, лучился энергией.
— Ваше Высочество, Вы хотели, чтобы я начал нанимать людей на работу? — министр был в курсе того, что недавно прошёл экзамен, поэтому сразу перешёл к делу.
