Она выполняла мелкую работу даже тогда, когда Ассоциация путешествовала сквозь Непроходимый горный массив. Венди помогала ведьмам сушить траву, еду и постиранную одежду, или, например, помогала прибираться в лагере.
Впрочем, Венди это особо не напрягало. Она каждый раз радовалась, когда видела улыбающихся сестёр. Но теперь, когда Венди жила роскошной жизнью, она отчётливо понимала, что ей это ой как нравится.
— Нет, больше лениво валяться в постели нельзя, — Венди похлопала себя по щекам, пытаясь заставить себя выбраться из под уютного одеяла. В конце концов, когда она жила в церковном монастыре, то часто слышала, что сёстры бормотали что-то вроде «кто рано встаёт, тому Бог подаёт».
Всё было в точности так, как и рассказывала Найтингейл. Принц Роланд Уимблдон оказался довольно скрытным человеком, но он по-настоящему заботился о ведьмах. Раздумывая над этим, Венди тихо вздохнула.
— Принц, который не ненавидит ведьм, действительно существует! Уважаемая наставница, мне жаль, но Вы ошиблись.
Надев одежду, Венди поняла, что ей немного жмёт в груди — несмотря на то, что она уже немного привыкла к такой странной одежде, Венди собиралась найти иглу и исправить это досадное недоразумение. Но прежде чем Венди отыскала в комнате иглу, вдруг раздался стук в дверь.
— Входите, — крикнула она.
Оказалось, что это пришла Найтингейл — когда она открыла дверь и вошла, Венди сначала слегка ошалела, но, быстро оправившись, с улыбкой поинтересовалась:
— Его Высочество что, ещё спит? Если бы он проснулся, то у тебя бы не нашлось времени на визит ко мне.
— С чего бы это тебе в голову взбрело? Я же не целый день за ним таскаюсь, — заявила Найтингейл, слегка смутившись, и продемонстрировала Венди небольшую корзинку. — Я тебе завтрак принесла.
В замке завтрак, как правило, разносили служанки. Найтингейл же, обычно, проводила всё своё свободное время за разговорами с Принцем, поэтому Венди редко удавалось повидаться с ней. Ведьма счастливо улыбнулась — не успела она проснуться, как Найтингейл уже тут как тут с едой. Видимо, она уже несколько раз порывалась зайти, но Венди спала.
— Ну, рассказывай, что случилось? — откусив кусочек выбранного сэндвича поинтересовалась Венди.
— Ну… — Найтингейл уселась на кровать. — Сегодня у Наны… Ну ты знаешь… Тот самый день.
Венди не могла найти подходящих слов — это был первый Укус для Наны, он не должен пройти так жёстко как тот, который случится в день её взросления, но всё же никто не мог дать гарантий того, что с Наной будет всё в порядке. Чем моложе ведьма, тем меньше её устойчивость к боли. Венди поставила корзинку с едой на прикроватную тумбочку, а сама уселась рядом с Найтингейл, положив ей руку на плечо и попытавшись успокоить:
— Разве Его Высочество не говорил, что если уж мы каждый день пользуемся магией, то боль во время Укуса не должна быть такой уж большой?— Но это же только предположение, — запротестовала Найтингейл.
— Но звучит-то довольно правдоподобно, — ответила Венди. — Анна же успешно справилась с Укусом. Причём это был самый сложный Укус — прямо в день её взросления, и при этом она вообще боли не чувствовала. Ты видела это собственными глазами, — она остановилась, но вскоре продолжила. — А где сама Нана?
— Ну, прямо сейчас она в медицинском центре, — Найтингейл вдруг чему-то очень удивилась. — Я слышала, что её отец — сэр Пайн — понакупил у охотников кучу зайцев и отправил их в медицинский центр, чтобы Нана сегодня весь день практиковалась.
— У неё такой замечательный отец! — с лёгким оттенком зависти воскликнула Венди. — А я даже не могу вспомнить своё детство… то очень странно, словно вместо памяти у меня чистые листы. Ни матери, ни отца не помню, первое моё воспоминание — о монастыре.
— Кажется, я слегка более удачливая, чем ты, — дружески подтрунила Найтингейл.
— Ну тебе и вправду повезло, — Венди придвинулась чуть ближе к Найтингейл и обняла её. — Ты нервничаешь?
Несколько секунд Найтингейл молчала, но потом просто молча кивнула.